Автор Тема: Последнее письмо Саше  (Прочитано 3758 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Сергей Горбачевский

  • Administrator
  • Знаменитый писатель
  • *****
  • Сообщений: 72808
  • Репутация: +321/-3
  • Пол: Мужской
  • Киевстар и Коболев одна шайка
    • Награды
Последнее письмо Саше
« : 03, Июнь 2011, Пятница, 19:12:34 pm »
Некий тип Николай Халезин обратился к Александру Лукашенко с открытым письмом. О себе товарищ пишет так:
В прошлом – журналист, сейчас – арт-директор Белорусского Свободного театра. Волосатый такой. Да не мучайся, не вспоминай – председатель КГБ досье сразу принесет, как письмо дочитаешь.
Письмо пафосное, но местами доставляет. поэтому приведу ряд цитат, кому интересно всё, отправляю по ссылке http://ord-ua.com/2011/06/03/poslednee-pismo-sashe-/?lpage=1
Итак, Ты заставил меня писать, посадив в тюрьму моих друзей. Посадил цинично, подло, проведя их через все круги ада – пытки, унижения, физические страдания. Когда-то один из них – Андрей Санников – писал тебе письма, публикуя их в газетах, и пытаясь наставить на путь истинный: сначала два «Письма Саше», потом «Предпоследнее письмо Саше». Не так давно я понял, что больше он тебе писать не будет – теперь уж вы вряд ли пересечетесь: когда он выйдет на свободу, тебя уже не будет. Вы разошлись во времени – какой смысл человеку, думающему о будущем, общаться с человеком, живущим прошлым. Но будет несправедливым, если никто больше не сможет сказать тебе, что думает о твоей персоне. Поэтому я и решил написать. Написать, чтобы ты понимал – всегда найдется человек, который черкнет тебе пару строк. Пусть даже и в тюрьму.

В последнее время, Саша, я стал много думать о том, что произошло с моей страной и ее людьми. Почему в Беларуси (1 – см.сноску) – некогда такой комфортной и уютной – стало так невыносимо тошно жить. Все мои размышления в конце концов приводили меня к одной и той же картинке – ты, в потешной военной форме, стоишь на трибуне, принимая парад, состоящий из грузовых машин, на которых расположились украшенные цветами «кераминовские» унитазы и «гефестовские» газовые плиты. И все – больше ни одного виновного в содеянном. Только ты.

Есть, конечно, твои соратники-людоеды, каратели из спецслужб, твои вороватые сынишки, рабски покорные чиновники, забитые, и потому воспетые тобой, «учытеля и врачы», есть просто пассивные люди, не желающие приложить малейшее усилие для изменения своей жизни… Все вложили по кирпичу в тот кривой сарай, который ты строишь на месте страны, которая обязана была к этому моменту стать если уж не процветающей, то, во всяком случае, успешной. Все вложили, за что кто-то из них позже ответит перед законом, кто-то – перед своими детьми, кто-то – перед самим собой… Но виноват ты. Ты нажал ту кнопку, под которой написано – «Не нажимать! Опасно для жизни!». А когда нажал, все пошло в ту сторону, вернуться откуда не просто сложно – подчас невозможно, без огромных потерь. Потерь не только материальных, но потерь человеческих жизней, судеб. Помню, как поляки говорили мне еще в начале 90-х: «Мы вам, белорусам, завидуем – первыми заживете достойно». А теперь посмотри, где польская экономика, и где твое «экономическое чудо». Помню, как назначенный тобой генеральный прокурор Василий Капитан, уже уйдя в отставку, и нашедший пристанище в России, тихо говорил мне, сидя на одной из минских скамеек: «Ты не представляешь, что там творится: брат пишет доносы на брата, сын на мать…».

Нажатая тобой кнопка освободила все самое низкое в людях: то, что нужно душить в себе, исправлять, выравнивать. Чехов (2) сказал: «по капле выдавливать из себя раба». Так то Чехов – он должен был «по капле»; после тебя – ручьи, реки, моря рабства в душах белорусов. То, что ты сделал за 17 лет, вычерпывать из душ будут поколения. Две моих дочери, одной – 12, другой – 17, не знают другого главы государства. Они выросли при тебе, как когда-то я вырос при Брежневе (3). Наше отличие в том, что я не знал, что может быть другая жизнь, а они знают. Знают, а потому ненавидят тебя всем своим детским сознанием. Их спасает чувство юмора – они в состоянии посмеяться над тобой. А что делать тем, у кого это чувство не развито? Таким, как ты, например?

Когда младшая училась в первом классе, учительница посадила их смотреть твое трехчасовое выступление на Национальном собрании. Она сказала: «Дети, у меня хорошая новость: сегодня вы будете смотреть выступление нашего президента по телевизору, и вам не надо будет учиться». Позже я сказал учительнице: «Лучше бы вы показали детям порно, чем эту пошлятину – это было бы менее разрушительно для детской психики». Она промолчала – представители ГОРОНО (4) приказали ей тебя любить. Теперь она на пенсии, и кроет тебя последними словами. На самом деле последними – такими, на которые только способен учитель, получающий нищенскую пенсию.

Ты научил белорусов ненавидеть – это одно из твоих преступлений. Ты заставлял их ненавидеть оппозицию, европейцев, россиян, самих себя… Ты оказался потрясающим учителем – теперь они, получив неоценимый опыт, всем своим естеством ненавидят тебя. Я не припомню в мировой истории случая, чтобы вся страна, чокаясь бокалами с шампанским в новогоднюю ночь, произносила: «ШОС!». «Штоб Он Сдох!» – за новогодним оливье и «селедкой под шубой». И это о тебе, Саша. Старики, дети, молодые, пожилые – все: «ШОС!». Но ты ведь не слышишь этого, правда? Уровень твоей поддержки среди населения стремится к нулю, а какой-нибудь социологический ублюдок вроде ЭКООМ (5) подает тебе утром на стол данные: «87% подержки президента Республики Беларусь среди населения». Ты откидываешься в кресле, и на мгновение успокаиваешься. А в это время люди едут на работу в переполненном транспорте, зажимая в кулаке купленные по новым ценам проездные: «ШОС!»; стоят в обменниках, в надежде купить валюту, чтобы спасти хоть какие-то сбережения: «ШОС!»; ищут в аптеках необходимые для спасения здоровья лекарства иностранного производства, и не находят их: «ШОС»…

Вечером ты появляешься на экране телевизора с часами на руке, которые стоят 17 тысяч долларов. Рядом, по левую руку, старшенький – скромный сынишка Витенька (6) в часах за 7 тысяч долларов; по правую руку – младший, Коленька (7), с золотым пистолетом, ряженый в генеральскую форму. И ты говоришь: «чэрэз нядельку-другую усе будзет как была». Да будь ты, Саша, проклят, со своим враньем. Не будет: ни через недельку, ни через месяц. Ты еще надеешься на чудо, но чудес не бывает. Карнавал, Саша, заканчивается. И главному его персонажу пора на покой.

Понимаю, что не хочется верить в финал, после 17 лет жирной жизни. Лучшая еда, привезенная со всего мира; российские «гоп-стоп звезды», готовые петь ночь напролет у твоего ложа; толпы холуев вокруг, готовых выполнить любой твой приказ – вплоть до убийств твоих оппонентов… «Оно ведь не может закончиться, правда? Это ведь навсегда!», – так ты думал в минуты своего колхозного счастья, но все равно не испытывал радости. Это наказание диктаторам за вседозволенность – не испытывать радости ни от чего. Как радоваться еде, когда халдей в звании полковника каждый раз жрет из твоей тарелки, проверяя, не отравлена ли еда? Как получить удовольствие от гибели оппонента, если в голове на исчезает картинка, как те же палачи целятся из пистолета в тебя? Как наслаждаться песнями Коли Баскова (8), если ты знаешь, что он с таким же остервенением завтра будет голосить перед каким-нибудь очередным сатрапом, вроде Каримова (9), или, не приведи Господь, Бердымухамедова (10)?

Все заканчивается, и твое бесславное правление тоже. Возможно, ты еще продержишься какое-то время на продаже страны, или на палках тех недалеких ментов, которые до сих пор не поняли, что скоро многим из них придется переквалифицироваться из конвоиров в подсудимые. Но каждый следующий день у власти будет все более мучительным для тебя, все более тяжелым для беларусов, и все более жутким для твоего ближайшего окружения. И чем дольше ты будешь испытывать терпение всех, тем брутальнее будет развязка.

В последнее время меня часто спрашивают о том, как может все закончиться. Я не колдун и не астролог – будущее предсказывать не умею. Могу лишь попытаться спрогнозировать твое будущее, опираясь на исторический опыт.

Полагаю, спокойно уйти ты не сможешь. Правда ведь, Саша? Ты ведь мужик крепкий, да и проголосовало за тебя, по подсчетам «подследственной Лиды (11)», возглавляющей Центризбирком, почти все взрослое население Беларуси – запас прочности у тебя ого-го какой! А посему, развязка наступит через незапланированный тобой народный бунт, который произойдет аккурат в тот момент, когда милиция перестанет получать свою зарплату, и тихо спрячется в казармах.

Из бунта у диктаторов только три пути: в эмиграцию, в могилу, или на скамью подсудимых.

Эмиграция для тебя возможна только в Иран, на Кубу и в Венесуэлу. Выбор, прямо скажем, небогат, учитывая, что в мире около двух с половиной сотен стран. На твоем месте я выбрал бы Кубу. Там можно продержаться хотя бы несколько лет – пока у власти семейка Кастро (12). Потом наступит демократия, и тебя выдадут в Беларусь в обмен на мешок семенного картофеля сорта «Скарб».

Иран – не твой стиль: ты не мусульманин, не знаешь арабского, всегда будешь там чужаком. В смысле, до того момента, пока кто-то из местных мулл не решит тебя публично прикончить, забрав все твои деньги на постройку самой большой в Иране мечети.

На Венесуэлу я бы не надеялся. Там Уго (13), а он такой же, как и ты – мелочный и лживый. Американцы предложат ему сделку по покупке двух танкеров нефти, и в один из них, в качестве подарка, Уго положит тебя, перевязанного праздничной розовой ленточкой.

Поначалу хотел включить в список Ливию, но посмотрел на экран телевизора, и увидел, что туда летит авиация Великобритании и Франции. Вряд ли Моаммар (14) тебя примет – ему сейчас нужны боевые офицеры, а не ряженые в генералиссимусы агрономы.

Могилу диктаторам обеспечивает как правило не оппозиция, Саша, а свои – чаще всего военные люди из окружения, имеющие навык владения огнестрельным оружием (хотя, императора Павла I (15) задушили шарфом), реже – родственники. Родственников у тебя оказалось немного, но опасность от них – будь здоров. На твоем месте особое внимание я бы уделил старшему – Витьке. Тот мальчишка хваткий, и если ты перейдешь ему финансовую дорогу, находясь в изгнании, долго размышлять не будет – иметь ему папу, или выгоднее остаться сиротой. На среднего, Димку (16), внимания не обращай – он, кроме тихого лотерейного воровства, ни на что не способен. Да и ворует скорее не ради наживы, а так – ради поддержки семейной династии.

Младший – Коленька – вроде и мал пока, но, судя по рассказам очевидцев, уже может рассматриваться тобой в качестве угрозы. Сужу по рассказам сотрудников минского аэропорта. Это я о том случае, когда Николай Александрович (так ведь его называет все твое окружение?) прокусил до кости руку стюардессе, которая не позволила ему закрыть дверь самолета, а потом кричал: «Я стану министром, и тебя расстреляю!».

Саша, мой тебе совет – будь внимателен с теми, кто сегодня контролирует твои деньги. Когда придет пора бежать, они первыми захотят тебя укокошить, чтобы сменить собственный статус: перейти из хранителей денег в их владельцы. А учитывая факт того, что объем твоего состояния оценивается не в миллионах, а в миллиардах долларов США, можно предположить, что пистолет с предохранителя они на всякий случай уже сняли. В этом вопросе у меня, так сказать, «шкурный» интерес – украденные тобой и семейкой деньги очень бы пригодились белорусскому бюджету, в том числе для того, чтобы выплачивать пенсии моим папе, теще и тестю; на реабилитацию тех, кто выйдет из тюрем, для членов их семей…



Оффлайн stormrs

  • Знаменитый писатель
  • ***
  • Сообщений: 6227
  • Репутация: +180/-1
  • Пол: Мужской
    • Награды
Re: Последнее письмо Саше
« Ответ #1 : 03, Июнь 2011, Пятница, 22:46:10 pm »
Да уж, тут действительно без комментариев.