Автор Тема: Как менеджеры обокрали «Открытие» на $175 млн  (Прочитано 1032 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Сергей Горбачевский

  • Administrator
  • Знаменитый писатель
  • *****
  • Сообщений: 73320
  • Репутация: +321/-4
  • Пол: Мужской
  • Киевстар и Коболев одна шайка
    • Награды
Как менеджеры обокрали «Открытие» на $175 млн
« : 17, Февраль 2014, Понедельник, 10:42:42 am »
Высокий суд Лондона на прошлой неделе признал, что менеджеры обворовали финансовую корпорацию «Открытие» почти на $175 млн. Решение по этому делу еще не вступило в законную силу, но читается как триллер.

$25 млн для начала

О талантливом трейдере Джордже Урумове и его команде в «Открытии» заговорили летом 2010 г., вспоминает член правления корпорации Алексей Карахан: «По рынку тогда пошли слухи, что мы перекупили команду из “Ренессанса” за десятки миллионов долларов». И менеджеры «Открытия» Сергей Кондратюк, работавший руководителем отдела торговли долговыми инструментами, и трейдер по евробондам Руслан Пинаев стали расхваливать Урумова и его команду из Knight Capital — с мыслью, что хорошо бы заполучить их в лондонский офис.

Пинаев был однокашником и партнером Урумова, но в «Открытии» об этом не рассказывал (см. врез). Он убеждал перекупить чудо-команду за $50 млн, говорил суду Кондратюк (Пинаев это отрицал). Руководители «Открытия», познакомившись с Урумовым, решили, что хоть он и «хороший парень с репутацией» и у него отличные образование и резюме, но $50 млн — это чересчур. После непродолжительного торга подъемные снизилась до $25 млн — по $5 млн каждому из пяти человек, которые собирались перейти в «Открытие», вспоминали Кондратюк и Роман Лохов, занимавший тогда пост зампреда «Открытия».

Урумов, правда, потом говорил суду, что имел право распределить эти деньги по своему усмотрению. Что он и сделал, выделив сотрудникам $4,75 млн на всех: Алессандро Герци — $2,5 млн, Алисе Муяджич — $0,75 млн, Джамилю Мафти — $0,5 млн и Найпэну Рамайе — $1 млн. При этом они подписали договоры о получении $5 млн каждый. Первые трое — сами, а за Рамайю, который отказался подписывать фальшивку, кто-то расписался (были подозрения, что Урумов, но точно это не установлено).

Чтобы застраховаться от принципиальности Рамайи, Урумов планировал скомпрометировать его — напоить и сфотографировать с проститутками или принимающим наркотики, рассказывал суду Кондратюк (Урумов это отрицал).

Оставшиеся подъемные Урумов почти по-братски поделил с Пинаевым и Кондратюком, перечислив им по $6 млн. Суду он объяснял, что эти выплаты были условием перехода в «Открытие» и его такое условие разочаровало, но, учитывая особенности российского бизнеса, не удивило.

$2,5 млн на приманку

В начале февраля 2011 г. команда эффективных трейдеров вышла на работу в лондонский офис «Открытия». Урумов занял должность руководителя департамента по торговле инструментами с фиксированной доходностью. В первый же месяц новенькие подтвердили свою репутацию, заключив успешную сделку (позже лондонский суд назовет ее приманкой).

Начальству эта сделка была представлена так: «Открытие» купило у болгарского брокера Adamant аргентинские варранты (бумаги, доходность которых привязана к росту ВВП Аргентины) по $13,02 за 100 штук и продала их компании Norvik по $15,47 за 100 штук, заработав на разнице $2,45 млн.

На самом деле это была часть сделки — без начала и конца. Начало состояло в том, что действующая в интересах Урумова и Пинаева компания Gemini через своего брокера, литовский Snoras Bank, купила варранты действительно примерно по 13 за сотню — но не долларов, а аргентинских песо, в которых они на самом деле были номинированы (т. е. примерно вчетверо дешевле). Потом бумаги были проданы Adamant — уже по $13, тот перепродал их «Открытию», а оно — Norvik по указанным выше долларовым ценам. Здесь снова появилась Gemini: она приобрела варранты у Norvik, заплатив $15,5 за сотню, и вернула бумаги в рынок по нормальной цене. Убыток Gemini от сделки Урумов, Пинаев и Кондратюк профинансировали из своих средств (подъемные позволяли).

«Урумов и сообщники таким образом проверили, как работают наши системы, и создали прецедент, что бумага стоит именно столько. Тем самым они подготовились к новой сделке», — объясняет заместитель гендиректора «Открытия» Дмитрий Попков.

$213 млн на жизнь

Создав прецедент, Урумов стал готовить настоящее дело. В конце февраля он сообщил коллегам, что работает для британской компании Threadneedle над крупной форвардной сделкой по покупке аргентинских варрантов. Клиент, по его словам, был капризным, опасался утечки информации, поэтому просил о полной конфиденциальности. Ссылаясь на это, Урумов отказался дать главе риск-менеджмента инвестбизнеса «Открытия» Антону Шамарину реквизиты клиента (компания входила в большую группу из структур со схожими названиями) и международный идентификационный код варрантов (ISIN).

Урумов даже жаловался начальству на Шамарина: «Пожалуйста, успокойте Шамарина, он начинает действовать мне на нервы. У меня не остается времени на сделку с его 20 письмами в день». И угрожал, что нерешительность «Открытия» ставит под угрозу сделку: якобы на встрече клиент заявил, что готов отдать ее конкуренту. «Это будет полным разочарованием… К тому же это повредит нашей репутации на рынке. Мы пока не Goldman Sachs и не можем себе этого позволить», — писал Урумов Попкову и Лохову.

На самом деле никакой встречи с клиентом и никаких договоренностей с клиентом о выкупе варрантов не было. Да и самого клиента как такового не было. Просто в Threadneedle у Урумова был свой человек — уроженец Грузии и гражданин Великобритании Владимир Герсамия. Он, как мог, вселял в сотрудников «Открытия» уверенность в том, что Threadneedle нужны аргентинские варранты.

И в марте «Открытие» заплатило за варранты $213 млн. Сделка выглядела выгодной — дисконт к рынку составил 20%. Сделка казалась беспроигрышной — ведь предполагалось, что у «Открытия» есть договор на продажу этих бумаг через шесть месяцев по стоимости, обеспечивающей доход в 14% годовых. Подпись человека, одобрявшего сделку со стороны «Открытия», Пинаев и трейдер Евгений Джемай подделали (тот был в отпуске). На деле бумаги были куплены в 3,5 раза выше рынка.

Прибыль в этот раз распределилась так: $120 млн через Snoras ушло в швейцарский Bordier Bank на счет панамской компании Arcutes — Урумов, Пинаев и Кондратюк купили ее незадолго до сделки, а $30 млн осталось в Snoras на счетах других компаний.

«Летали стулья, звучали фразы «Будь ты проклят!»

«Урумов неоднократно говорил нам, что существует форвардная сделка с Threadneedle, поэтому первые сомнения появились у нас только тогда, когда эта сделка не состоялась. Но было ощущение, что не все так страшно: мы думали, что продадим бумаги в рынок, и, только попробовав сделать это, поняли масштаб мошенничества — что варранты стоили не $200 млн, как нам лгал Урумов, а в несколько раз меньше», — рассказывает Попков.

В июле Threadneedle действительно чуть не купила аргентинские варранты, следует из решения суда. Но что-то пошло не так: из-за ошибки или технической проблемы Герсамия дважды не смог провести сделку в системе Threadneedle. Тем временем JPMorgan, расчетный банк Threadneedle, запросил цену варрантов и предположил, что она должна быть в песо. Threadneedle начала расследование. Герсамия сначала избегал встречи с сотрудниками, проводящими расследование, под предлогом того, что «потерял свой Blackberry и заболел». А потом заявил, что начал сделку под давлением Лохова. Герсамию отстранили от работы.

Урумов и Пинаев запаниковали: срок форвардного контракта истекал в начале сентября. Они решили, что пришло время покинуть «Открытие».

8 августа Урумов уволил Пинаева со скандалом. «Летали стулья, звучали фразы “Будь ты проклят!”, нецензурные выражения, — вспоминает Попков. — Что это было театральное представление, нам стало понятно позже». В тот же день Урумов написал о своем увольнении по электронной почте, после чего перестал отвечать на звонки и sms.

24 августа Лохов выяснил, сколько варранты стоят на самом деле.

Встретиться с Урумовым и Герци руководителям «Открытия» удалось только 28 августа — на нейтральной территории, в аэропорту Милана. Урумов настаивал на том, что делал все как положено. И даже предположил, что цена бумаг резко упала с марта 2011 г. — с $16 до $3,85 за бумагу: «Разве это невозможно?»

«Открытие» пригласило для расследования компанию Kroll, подало заявление в британскую полицию и иск в Высокий суд Лондона.

Комплексный подход

Расследование показало, что в «Открытии» много здравомыслящих людей. Еще когда корпорация купила варранты в первый раз, одна из сотрудниц раскусила приманку и разослала по мидл-офису письмо о том, что сделка прошла по обменному курсу аргентинского песо к доллару 1:1 вместо 4:1. Пинаев ответил: бумаги номинированы в песо, но за пределами Аргентины торгуются в долларах, так что все в порядке. Встревоженных коллег он отсылал за разъяснениями к Джемаю. Тот всех успокаивал тем, что на бумаги уже есть заявки и они будут проданы в ближайшее время — это просто Bloomberg дает неправильную цену.

Параллельно Пинаев и Джемай обсуждали ситуацию по рабочему телефону. Вот фрагменты, которые вошли в решение суда. Пинаев: «Иди и скажи ей еще раз, что все в долларах, *****! Бумага торгуется в долларах, котировки тоже в долларах, все торгуют ими в долларах. А что она нам присылает — три [доллара — примерная рыночная цена за 100 варрантов], это полная *****. Я не знаю, откуда, *****, она это берет. Она может засунуть себе это в ****. Так ей и скажи». Джемай: «Она сказала: «У нас другие расчеты». Я ответил: «Нет проблем».

«Бэк-офис и отдел рисков регулярно задавали вопросы, но получали ответы от Урумова, Пинаева и Джемая, что все в порядке», — объясняет Попков. Поскольку в дело было вовлечено несколько сотрудников разного уровня, коммуникация то и дело возвращалась к кому-то из участников мошеннической схемы. «Когда я спросил Кондратюка, сколько на самом деле стоит бумага, он в моем присутствии изобразил поддельный звонок одному английскому брокеру, которого я тоже знал, — продолжает Попков. — Но на самом деле, как потом рассказал Кондратюк в суде, он звонил в этот момент Пинаеву, просто его номер в телефоне был забит под фамилией брокера. Естественно, Пинаев назвал цифру, которая была нужна».

«Мы не воспринимали их как группу мошенников: когда возникали вопросы по деятельности одного специалиста, его проверял другой. Что помогло мошенникам совершить аферу? — задает вопрос Карахан и сам же отвечает: — Комплексный подход».

Портфель арестованных активов

Расследование показало, что мошенники не слишком стеснялись. «Сложилось впечатление, что до получения денег перед нами выступал Мариинский театр. Потом был антракт, актеры получили деньги, и на сцену вышла труппа местного ДК», — говорит Попков.

«Сумасшествие», по его словам, началось уже в марте: эффективные трейдеры начали тратить заработанное. Компания Урумова приобрела дом на Авеню-роуд, 42, за $32 млн — это была одна из самых дорогих сделок с недвижимостью 2011 г. в Лондоне, Пинаев купил виллу в Швейцарии за 14 млн франков, Кондратюк — виллу в Испании за $7 млн. Покупали и Ferrari: Джемай и Кондратюк — по одной, Пинаев — две, в том числе коллекционную Daytona.

«Открытие» шло «по следам мошенников», рассказывает Попков: возвращали или замораживали деньги, ценные бумаги, недвижимое и движимое имущество. В Британии и Швейцарии заведены уголовные дела.

Трейдеры тоже не сдавались: в решении лондонского суда специально отмечается, что ответчики, в число которых попали и родственники бывших сотрудников «Открытия», не помогали правосудию. Например, мать Джемая рассказала швейцарской прокуратуре, что с помощью молотка уничтожила жесткий диск сервера своей банкротящейся компании Jecot SA, чтобы информация с него не досталась коллекторам. Истцы утверждали, что через эту компанию было отмыто $36 млн похищенных денег. Отец Герсамии заявил суду, что потерял компьютер. Урумов записал один из своих разговоров с Лоховым, уверяя, что тот предлагал ему взятку за то, чтобы «разгрузить» варранты на Threadneedle, но экспертиза обнаружила, что запись смонтирована.

Правосудию поспособствовали только Кондратюк и Герци. Кондратюк признал вину, возместил «Открытию» часть нанесенного ущерба — около $25 млн — и согласился дать показания в лондонском суде. Тем не менее в Швейцарии он был приговорен к трем годам заключения; освобожден досрочно в апреле 2013 г. Герци также заключил мировое соглашение о компенсации ущерба и участии в процессе на стороне «Открытия».

Урумов, его жена и Герсамия в ходе расследования дела британской полицией были арестованы, позже отпущены под залог, а их паспорта — конфискованы, они не могут покинуть территорию Великобритании.

Пинаев и его жена еще осенью 2011 г. уехали в Израиль и поменяли там фамилии — теперь они пытаются получить израильское гражданство.

Джемай и его сестра находятся в Женеве, ограничений по передвижению для них нет.

«Открытию» уже удалось вернуть более $50 млн. Суд постановил, что ответчики должны выплатить еще $150 млн — с учетом процентов за использование денег и судебных издержек. Часть этой суммы обеспечена — арест наложен на имущество стоимостью около $60 млн. «У нас образовался портфель арестованных активов из трех multi — multi assets, multi currency и multi country, — шутит Попков. — В нем нет только яхт и самолетов». Среди возвращенных и замороженных активов семь объектов недвижимости, в том числе в Великобритании, Швейцарии, Испании, Латвии, десяток автомобилей, включая несколько суперкаров Ferrari, ретро-спорткар Austin Healey, а также Bentley и ряд других автомобилей класса люкс, десятки счетов в различных юрисдикциях.

Человек, близкий к компании, считает, что вернуть удастся примерно 80% средств. Остальное — это переплата за активы, неизбежная при тратах легко доставшихся денег, и $30 млн, оставшихся на счетах в Snoras: он с тех пор обанкротился.

«У нас поменялось восприятие многих процедур»

«Это история про чудовищное развращение людей: в какой-то момент они просто утратили ощущение, что воруют», — считает Карахан. На вопрос, что изменилось в компании после аферы, он отвечает так: «У нас поменялось восприятие многих процедур. Теперь понятно, что сомневаться и перепроверять нужно обязательно — в этом нет ничего плохого. И очень важно просто не нарушать те требования, которые есть».

Еще не случалось, чтобы российская компания судилась с руководителем собственного отдела по поводу мошенничеств такого масштаба, рассуждает председатель правления ИК «Финам» Владислав Кочетков: «В инвестиционном бизнесе сотрудник, увидевший дыру в рисках, испытывает большое искушение этим воспользоваться, потому что он сможет за один день получить доход, который в других условиях не заработает и за 10 лет».

Непереводимый русский базар

Разбирая свои дела в британских судах, русские обогатили английский язык новыми словами. Наиболее урожайными оказались два процесса: Борис Березовский против Романа Абрамовича и Михаил Черной против Олега Дерипаски.

Avtoritet — авторитет; руководитель преступной группировки.

«Г-н Попов был еще одним из ближайших преступных сообщников г-на Черного. Он был авторитетом подольской преступной группировки <...> (хотя и любил представлять себя человеком, который больше задействован в ее коммерческих делах)». (Томас Бизли, адвокат Дерипаски)

Avtoritetny businessman — авторитетный бизнесмен; авторитет, называющий себя бизнесменом.

«Кроме того, г-н Черной не имел качеств настоящего бизнесмена и не вел себя как настоящий бизнесмен. Он недостаточно разбирался в бизнесе для настоящего бизнесмена. Он не понимал даже основных принципов настоящего бизнеса. Он поистине был авторитетным бизнесменом, что на самом деле означает «бизнесмен организованной преступной группировки». (Бизли)

Dolya — доля.

«Г-н Черной и его преступные сообщники вымогали долю <...> у г-на Дерипаски за крышу. Факты многократных выплат доли в 1995-2001 гг. установлены [документами] <...> Г-н Черной не дает внятного экономического обоснования этим выплатам». (Бизли)

Kompromat — компромат; черный пиар.

«Г-н Черной пытается оправдаться несколькими путями. Он говорит, что все эти свидетельства не относятся к делу либо являются совпадениями или так называемым компроматом (разновидностью черного пиара). В это невозможно поверить. Невероятно, чтобы правоохранительные органы по меньшей мере 10 стран <...> начали в отношении него расследование из-за какого бы то ни было пиара». (Бизли)

Krysha — крыша; политическая и физическая защита.

«Хотя г-н Абрамович приобрел «Сибнефть» за свои деньги <...> он всегда осознавал, что у него не было бы возможности сделать это без политического патронажа Бориса Березовского <...> Он всегда признавал, что ему придется заплатить г-ну Березовскому <...> Эти платежи в русском языке обозначаются как платежи за крышу. (Джонатан Сампшн, адвокат Абрамовича)

«Крыша [после создания “Сибнефти”] была нужна, было бы невозможно удержать контроль над компанией без крыши, поэтому нужна была и политическая, и физическая крыша». «В этом весь смысл крыши — чтобы казалось, что компания принадлежит г-ну Березовскому. Он был ледоколом, убиравшим все проблемы, и мы ему за это платили». «Понятие “крыша” не предполагает конкретного списка услуг, это договоренность на какой-то период, это долгосрочные отношения с более или менее постоянными платежами». (Абрамович)

«Г-н Дерипаска должен был следовать ритуалу крышевания — встречаться с теми, кто предоставлял крышу, выказывать им дружбу и уважение». (Бизли)

Nomenklatura — номенклатура; истеблишмент.

«Г-н Черной не относился к номенклатуре <...> Он знал некоторых людей (таких, как г-н Тарпищев, тренер по теннису г-на Ельцина), но он преувеличивал свои связи и влияние <...> Его власть и влияние происходят от его возможностей и связей в преступном мире». (Бизли)

Obschak — общак; касса преступной группировки.

«Задолго до того как г-н Черной представил г-на Малевского г-ну Дерипаске, г-н Черной был близок к г-ну Малевскому и измайловской преступной группировке (в том числе к ее кассе, или общаку, Trenton Business Corporation — компании, которая была основана г-ном Малевским или для г-на Малевского на Британских Виргинских островах»). (Бизли)

Ponyatiyka — понятийка; соглашение, заключенное по понятиям, а не по закону и поэтому не имеющее юридической силы.

«Договор № 1 и Приложение № 1 были тем, что в России называют “понятийка” (неформальная записка, которая свидетельствует о том, что стороны о чем-то договорились, но не означает того, что они заключили имеющий юридическую силу законный договор). Это были ненастоящие документы. Они не фиксировали истинные деловые договоренности, и стороны не собирались брать на себя обязательства, изложенные в этих нечетких и двусмысленных документах». (Бизли)

Tsekhovik — цеховик; незаконный предприниматель.

«Г-н Черной участвовал в незаконной деятельности, включая уличные лотереи. Он действовал как цеховик, т. е. незаконный предприниматель». (Бизли)

Все использованные цитаты не являются сообщениями о фактах и приведены исключительно для иллюстрации словоупотребления

www.vedomosti.ru/library/news/22857201/oni-utratili-oschuschenie-chto-voruyut


Теги: