Наши экономические прогнозы обычно основаны на прошлом. Но сейчас мир под воздействием четырех радикальных сил меняется так стремительно, что подобные предсказания теряют смысл. Что это за силы и чем они грозят?
Да кому нужны эти компьютеры?Смелые прогнозы, основанные на интуиции, редко бывают хорошей идеей. Маргарет Тэтчер в 1973 году, будучи министром образования, утверждала, что на ее веку в Соединенном Королевстве не будет женщины — премьер-министра. Президент IBM, Томас Уотсон, в 1943 году заявил: «Я думаю, что на мировом рынке можно будет продать штук пять компьютеров». А когда в 1927 году дебютировали звуковые фильмы, Гарри Уорнер из Warner Brothers спросил: «Кто, черт возьми, захочет слушать разговоры актеров?»
В то время когда четыре мощные силы подрывают глобальную экономику, опровергая большинство наших предположений, подобные основанные на интуиции и опирающиеся на прошлое заявления о будущем, вероятнее всего, будут неверными. Каждый из этих четырех «великих переломов» многое меняет сам по себе, и все они усиливают эффекты друг друга, что приносит фундаментальные и непредсказуемые изменения в невиданных прежде масштабах. И наши интуитивные догадки опять окажутся ошибочными.
Первым великим переломом является перемещение экономической деятельности в города развивающихся рынков. Совсем недавно, в 2000 году, 95% головных офисов Fortune Global 500 были расположены в развитых странах. К 2025 году почти половина компаний Fortune Global 500 будет базироваться в странах с развивающейся экономикой, и в Китае их штаб-квартир будет больше, чем в Соединенных Штатах или Европе.
Города — в авангарде этого изменения. Почти половину роста мирового ВВП с 2010 по 2025 год обеспечат 440 городов развивающихся рынков, о существовании многих из которых западные руководители могут даже не знать. Это такие места, как Тяньцзинь, город на юго-востоке от Пекина; сегодня его ВВП практически равен ВВП Стокгольма — а к 2025 году может сравняться со всей Швецией.
Нет границамВторой великий перелом — ускорение научно-технического прогресса. Хотя технологии всегда меняли мир, сегодня их влияние повсеместно, цифровые и мобильные технологии воспринимаются с беспрецедентной скоростью. Потребовалось более 50 лет после изобретения телефона, чтобы он появился в половине американских домов, но всего 20 лет, чтобы мобильные телефоны распространились от менее чем 3% населения мира на более чем две трети. В 2006 году у Facebook было 6 млн пользователей, сегодня — 1,4 млрд.
Мобильный интернет обещает экономический прогресс миллиардам граждан стран с развивающейся экономикой со скоростью, которая бы в ином случае была невообразимой. И это дает начинающим предпринимателям больший шанс конкурировать с установившимися фирмами. Но технологические перемены также несут риски, особенно работникам, которые теряют свои рабочие места из-за автоматизации или отсутствия навыков работы в сфере высоких технологий.
Третий перелом — демографический. Впервые за века население в большинстве стран мира может стагнировать. Старение населения, которое было очевидно в развитом мире в течение некоторого времени, теперь распространяется в Китае и скоро достигнет Латинской Америки.
Тридцать лет назад всего несколько стран, в которых проживает небольшая доля от общей численности населения мира, имели уровень рождаемости существенно ниже коэффициента замещения: 2,1 ребенка на одну женщину. В 2013 году около 60% населения мира жило в странах с депопуляцией населения. Так как пожилые люди все больше превосходят по своей численности людей трудоспособного возраста, создается давление на рабочую силу, а налоговые доходы, необходимые для обслуживания государственного долга, финансирования общественных услуг и пенсионных систем, снижаются.
Последний перелом — растущая глобальная взаимозависимость, при которой товары, капитал, люди и информация все легче проникают через границы. Не так давно международные связи существовали в основном между крупными торговыми центрами в Европе и Северной Америке; сейчас всемирная паутина сложна и необъятна. Потоки капитала между развивающимися экономиками увеличились в два раза всего за десять лет, и более миллиарда человек пересекли границы в 2009 году — в пять с лишним раз больше, чем в 1980-м.
Плюс три миллиардаПроистекающие из этого вызовы — множество новых и неожиданных конкурентов, волатильность, имеющая источником отдаленные регионы, и исчезновение локальных рабочих мест — уже подавляют работников и компании. Конечно, эта взаимосвязанность также приносит существенные возможности; но скрытое стремление к привычному препятствует тому, чтобы работники, фирмы и даже правительства в полной мере этими возможностями воспользовались.
Особенно это мешает компаниям. По данным исследования McKinsey, с 1990 по 2005 год американские компании практически всегда выделяли ресурсы, опираясь на прошлые, а не будущие возможности. Фирмы, которые уступят такой инерции, вероятнее всего, утонут, а не поплывут в новой глобальной экономике.
Тем не менее некоторые фирмы адаптируются, пользуясь беспрецедентными возможностями оставаться гибче. Вместо, скажем, строительства нового головного офиса, аренды магазина или приобретения ресторана — что традиционно делалось при крупном располагаемом капитале — они могут открыть офис продаж у своих партнеров, создать интернет-магазин или запустить мобильное кафе. Гибкость и оперативность позволит таким фирмам процветать.
Темп и масштаб нынешней экономической трансформации, безусловно, пугают. Но существует множество причин для оптимизма. Неравенство внутри стран может быть на подъеме, но неравенство между разными странами резко снизилось. Почти миллиард человек выбрались из крайней нищеты с 1990 по 2010 год; еще три миллиарда присоединятся к мировому среднему классу в ближайшие два десятилетия.
В 1930 году, в разгар Великой депрессии, Джон Мейнард Кейнс заявил, что уровень жизни в «прогрессивных экономиках» вырастет в последующие 100 лет в 4–8 раз. Его предсказание, которое в то время было расценено как безнадежно оптимистичное, оказалось правильным; похоже, что реальные улучшения окажутся на верхней планке прогнозируемого им диапазона.
Кейнс, в отличие от многих своих современников, признал работающие в экономике силы, скорректировал свое мышление и, самое главное, не боялся быть оптимистом. Мы должны сделать то же самое.
Просмотр ссылок доступен только зарегистрированным пользователям
