G-news

Вторник, 24-е Октября 2017
07:03:43

$6 млрд заработала в 1994 году компания McDonnell Douglas на поставках самолетов в Саудовскую Аравию. Компания не получила бы этот контракт, если бы ей не помогли американские спецслужбы, раздобывшие с помощью новейших технологий радиоэлектронного слежения компромат на конкурентов. Прослушка всевозможных спецслужб раздражает граждан во всем мире, однако, пока она приносит прибыль, от нее вряд ли откажутся.

В черной-черной комнате

Сегодня, после откровений Сноудена, никого не удивляет, что американские и не только американские спецслужбы прослушивают частные переговоры и читают частную переписку по всему миру. Глобальное прослушивание стало реальным с появлением новых информационных технологий, однако и в прошлом спецслужбы, пользуясь тогдашними возможностями, достигали тех же целей, хоть и в более скромных масштабах. Дело было хорошо поставлено и нередко приносило неплохой доход.

В Новое время жители Европы писали друг другу письма, используя уже довольно развитые почтовые системы. Отлаженный механизм рассылки корреспонденции считался важным атрибутом эффективного государства. В странах же, где почта работала особенно хорошо, тайная полиция имела полный доступ к секретам граждан. В 1590 году при Королевской почтовой службе Франции появилось ведомство, известное как Черная комната. Здесь аккуратно вскрывали письма, прочитывали их и восстанавливали печати с такой ловкостью, что адресаты и отправители обычно даже не догадывались, что их переписка больше не является тайной. Когда слухи о перлюстрации распространились по стране, многие французы стали использовать шифры, и тогда в Черной комнате появились специалисты по криптографии. В XVII веке опыт Франции переняли во многих странах Европы, а в следующем столетии почти при каждом крупном дворе существовала своя Черная комната.

В XVIII веке самой эффективной службой по перехвату и расшифровке писем считалась австрийская Тайная кабинет-канцелярия, которая не только поставляла правительству ценную информацию, но и зарабатывала деньги. Главной мишенью кабинет-канцелярии была, разумеется, дипломатическая почта. Письма иностранных дипломатов попадали в учреждение в семь утра. Специалисты взламывали печати, после чего команда стенографистов стремительно снимала копии. Через три часа письма уже были снова запечатаны и отправлялись адресатам. Тайная кабинет-канцелярия охотно продавала информацию иностранным агентам. В 1774 году секретарь французского посольства аббат Жоржель раз в две недели покупал нужные ему письма за 1 тыс. дукатов. К концу века политическая полиция Австрии вскрывала тысячи писем во всех почтовых отделениях империи, создав одну из первых систем массовой слежки за населением. Успех спецслужб объяснялся тем, что почтовая система в стране была централизованной и работала как единый механизм.

Развитие информационных технологий создало новые возможности для тотального шпионажа. В 1837 году в Англии заработала первая коммерческая телеграфная компания, а в 1858 году телеграфный кабель уже соединял Европу и Америку. Территория США к тому времени уже была опутана телеграфными линиями. Поначалу компаний, строивших и обслуживавших эти линии, было много, и каждая из них отправляла и получала совсем небольшое число сообщений. Чтобы выживать, телеграфисты взвинчивали цены на телеграммы, и средняя стоимость сообщения составляла примерно $20. В середине XIX века появилась тенденция к укрупнению телеграфных компаний. Всемирно известная Western Union стремительно росла, десятками скупая мелкие фирмы. С 1851 по 1854 год число телеграфных контор под ее началом выросло с 132 до 4 тыс. Вскоре телеграфный рынок страны был поделен между несколькими крупными операторами, что значительно облегчило задачу перехвата телеграмм в масштабах всего государства. Вскоре эта возможность была реализована в полной мере.

12 апреля 1861 года конфедераты обстреляли форт Самтер, и началась Гражданская война между Севером и Югом. Вначале северяне терпели одно поражение за другим, и многие неудачи объяснялись нехваткой разведывательной информации. Южане, напротив, были неплохо осведомлены о положении дел на Севере, поскольку многие жители северных штатов сочувствовали их делу и передавали информацию о передвижениях федеральных войск в том числе с помощью телеграфа. В 1862 году секретарь по военным делам Эдвин Стентон направил Аврааму Линкольну письмо, в котором изложил свой план действий. Стентон предлагал создать особый комитет, который осуществлял бы негласный контроль над телеграфными сообщениями. Предполагалось, что все телеграммы будут просматриваться и анализироваться на предмет наличия разведывательной информации. Линкольн одобрил проект, и вскоре люди Стентона читали всю телеграфную корреспонденцию. Western Union и другие крупные компании с готовностью помогали правительству выиграть войну.

После победы над Конфедерацией комитет Стентона был распущен, и чтение телеграмм прекратилось. С тех пор США создавали подобные службы каждый раз, когда вступали в очередную войну, но по окончании военных действий карьеры их сотрудников оказывались под угрозой. В 1898 году в результате испано-американской войны США захватили Филиппины, где с тех пор постоянно тлело пламя восстания. В 1901 году военную разведку на Филиппинах возглавил капитан Ральф ван Деман, который наладил сбор информации о тысячах жителей островов. Ван Деман успешно сочетал перехват телеграфных сообщений, перлюстрацию почты и агентурную работу и стал самым информированным человеком на Филиппинах. Его колониальный опыт пригодился в 1917 году, когда Америка вступила в Первую мировую войну. Ван Деман получил предложение сформировать и возглавить военную разведку США. В структуре созданной им спецслужбы было 12 отделов, один из которых — MI8 — занимался кодами и шифрами. Именно эта структура стала прообразом современных спецслужб, занятых электронным шпионажем.

Во главе MI8 стоял бывший телеграфист Герберт Ярдли. В начале войны он был обычным шифровальщиком, но вскоре доказал, что способен на большее. Однажды он явился к начальству и показал несколько сверхсекретных правительственных депеш, которые прочитал, несмотря на то что они были закодированы самым совершенным из американских шифров. Ярдли утверждал, что шифровальное дело в США находится на крайне низком уровне развития. Так оно, в сущности, и было, если учесть, что послания президента Вильсона годами кодировались одним и тем же шифром. Ярдли возглавил MI8 и сделал из нее эффективную спецслужбу, которая не только перехватывала и расшифровывала послания противника, но и читала телеграммы рядовых американских граждан. Как и прежде, Western Union оказывала секретным службам всестороннее содействие.

В 1919 году MI8 была распущена, но на ее месте возникла коммерческая компания New York City Commercial Code, во главе которой стоял все тот же Ярдли. Компания разрабатывала и продавала шифры для нужд бизнеса, одновременно получала негласную финансовую поддержку от армии и Госдепартамента. По традиции в коридорах власти фирму Ярдли называли Черной комнатой. Курировал проект все тот же ван Деман. Звездный час конторы настал в 1921 году, когда во время Вашингтонской морской конференции шифровальщики Ярдли раскололи японские дипломатические коды. И все же, как только в стране возникли бюджетные проблемы, от Черной комнаты было решено отказаться. В 1929 году у Ярдли возник конфликт с новым госсекретарем Генри Стимсоном, который с презрением относился к шпионам и заявлял, что "джентльмены не читают чужую почту". К тому же, будучи верующим человеком, госсекретарь возмутился, когда узнал, что Черная комната читает корреспонденцию Ватикана. Вскоре разразился биржевой кризис, и Стимсон с готовностью прекратил финансирование шифровальщиков.

Ярдли и его люди оказались на улице в разгар Великой депрессии. Однако бывший глава MI8 не растерялся. Он написал мемуары под названием "Американская Черная комната", которые сразу же стали бестселлером. В одной только Америке было продано около 18 тыс. экземпляров. Особенным успехом книга по понятным причинам пользовалась в Японии, где было продано более 33 тыс. экземпляров. Ван Деман тоже занялся частным предпринимательством. Он продолжил собирать досье на представителей американской элиты и продавать информацию тем, кого интересовал компромат. В общем, бывшие разведчики не бедствовали, и все же американское разведывательное сообщество усвоило важный урок. В мирное время у государства отпадает потребность в тотальном шпионаже, что может привести к урезанию бюджета или даже закрытию целых подразделений. В последующие годы американские спецслужбы делали все, чтобы сохранить свои структуры в мирное время, придумывая для них все новые задачи, и немало в этом преуспели.

Есть такое агентство

Пока американская разведка училась взламывать коды, американская полиция прослушивала телефонные разговоры сограждан. Законов, прямо запрещавших подслушивать американцев, в 1920-х годах не существовало, однако с 1914 года действовало правило, согласно которому доказательства, полученные незаконным путем, не могли быть использованы в суде. А еще существовала четвертая поправка к конституции, прямо запрещавшая обыски и изъятие улик без ордера. Рано или поздно американскому правосудию предстояло дать ответ на вопрос: можно ли прослушивать телефоны подозреваемых без санкции суда и можно ли использовать в суде полученные записи? Ответ на этот вопрос был дан в 1928 году.

Жители штата Вашингтон знали и уважали Роя Олмстеда, известного как Честный Бутлегер. Такое прозвище Олмстед заслужил тем, что всегда поставлял из Канады самый качественный виски. К тому же в отличие от многих других Олмстед не связывался с такими видами криминального бизнеса, как проституция или азартные игры. Крови на его руках тоже не было. Напротив, Олмстед вносил посильный вклад в развитие своей общины. Он владел небольшой радиостанцией, где его жена Элис вела вечернюю передачу для детей. И все же Олмстед был преступником. На него работали десятки человек, переправлявшие алкоголь через канадскую границу, и ежегодная прибыль его тайной империи составляла около $2 млн (примерно $27 млн по нынешнему курсу). Полиция знала о делах Олмстеда и стремилась пресечь нелегальный бизнес. Несколько месяцев следователи прослушивали телефон Честного Бутлегера и, когда накопили достаточно информации, арестовали его. В 1926 году Олмстед был осужден на четыре года тюрьмы и выплатил штраф в размере $8 тыс. Бутлегер не смирился и подал апелляцию, утверждая, что доказательства против него были собраны незаконно, ведь прослушка велась без санкции суда. Перед Верховным судом встал непростой вопрос: можно ли считать прослушивание телефона чем-то сродни обыску? В конце концов в 1928 году верховные судьи сочли, что Олмстеда прослушивали вполне законно, и это дало полиции право подслушивать кого угодно без оглядки на четвертую поправку. Сам Олмстед в тюрьме перековался: выйдя на свободу, он сделался христианским миссионером и вовсю клеймил алкоголизм.

Прецедент с Олмстедом оказался очень кстати в начале холодной войны, когда правительство США повсюду видело советских шпионов. В 1945 году был запущен проект "Трилистник" (Project Shamrock). Все телеграммы, входящие в США и исходящие из страны, перехватывались и анализировались. В месяц изучалось около 150 тыс. сообщений. Впрочем, переиграть советских разведчиков не удалось. Во-первых, в Советском Союзе были свои мастера шпионских технологий. В августе 1945 года делегация советских пионеров вручила американскому послу в Москве Авереллу Гарриману подарок — большой деревянный диск с вырезанным на нем гербом Соединенных Штатов. Подарок долго висел на стене посольства, пока в 1952 году в гербе не обнаружилось передающее устройство, способное работать без элементов питания. Во-вторых, настоящие шпионы не пользовались телеграфом. По крайней мере, документация о Манхэттенском проекте попала в СССР без помощи проводов и радиоволн. В-третьих, система массового сбора информации таила в себе существенную опасность. Какой бы надежной ни была система, всегда сохранялся риск, что в дело вмешаются ненадежные люди.

В 1952 году после серии реорганизаций спецслужб в США было создано Агентство национальной безопасности (АНБ), настолько засекреченное, что шутники в разведывательном сообществе расшифровывали его английскую аббревиатуру NSA (National Security Agency) словами "нет такого агентства" (No such agency). В задачи АНБ входило прослушивание военных и правительственных структур всего мира, и агентство не делало больших различий между противниками и союзниками США. Программу "Трилистник" также подчинили АНБ, ей же в управление передали программу "Минарет", которая занималась электронной слежкой за американцами, заподозренными в нелояльности властям. Деятельность АНБ приносила американскому правительству большую выгоду, но раскрытие правды о ней было чревато грандиозным международным скандалом. В один прекрасный день тайное стало явным.

В 1957 году на службу в АНБ поступили два друга, прежде вместе служившие во флоте. Статистик Бренон Митчелл и математик Уильям Мартин обладали блестящими умственными способностями и как нельзя лучше подходили для работы в секретной службе, однако у них были собственные секреты, раскрытие которых могло стоить им карьеры. Прежде всего, они считали, что начальство не ценит их талантов, и хотели получать от жизни гораздо больше. Судя по всему, молодые люди втайне придерживались левых взглядов и, возможно, состояли в гомосексуальной связи. Впрочем, подозрения в гомосексуальности не были подтверждены. Так или иначе, 25 июня 1960 года друзья выехали в Мексику и вскоре пропали из поля зрения американских спецслужб. Митчелл и Мартин обнаружились 6 сентября в московском Доме журналиста, где дали большую пресс-конференцию. Перебежчики рассказали, как их возмущает политика американского правительства, и сделали несколько комплиментов СССР. В частности, выразили уверенность, что на советской земле им будет гораздо легче найти свое место в жизни, и похвалили Советский Союз за то, что советская женщина имеет гораздо больше прав, чем американская. Затем Митчелл и Мартин перешли к разоблачению коварных замыслов АНБ, которое, по их словам, имело 2 тыс. баз радиослежения по всему миру. "Радиоперехват как зашифрованных сообщений, так и сообщений, посылаемых открытым текстом, практикуется в отношении почти всех стран, в том числе тех, в которых расположены эти базы. И на это тратится еще $380 млн в год",— рассказали перебежчики.

Разразился крупный международный скандал. К тому же он совпал по времени со скандалом с самолетом-шпионом U2, сбитым 1 мая 1960 года над советской территорией. В общем, репутационные потери США оказались весьма существенными и вполне сравнимыми с дипломатическим конфузом, вызванным откровениями Сноудена. Сами перебежчики остались жить в СССР, но новой жизнью, судя по всему, были не очень довольны, несмотря на астрономическую по советским меркам зарплату 500 руб. Начиная с 1979 года Митчелл неоднократно пытался вернуться в США. Он просил о репатриации, но вместо этого был лишен американского гражданства. Он пытался вернуться на родину по туристической визе, но раз за разом получал отказ. В конце концов он все же уехал в Мексику, где и умер в 1987 году. О Мартине известно гораздо меньше, но жить на новой родине ему, по всей вероятности, тоже не очень понравилось.

Право на будку

В 1960-х годах в США начались мощные общественные процессы, которые стремительно меняли лицо страны. Миллионы американцев больше не хотели быть послушными винтиками в механизме холодной войны. На повестке дня было движение за гражданские права черных, а затем и движение против войны во Вьетнаме. Власти пытались взять под контроль протестные движения с помощью электронной слежки за активистами, благо в этом деле был накоплен богатый опыт. В частности, спецслужбы прослушивали жилище Мартина Лютера Кинга, надеясь доказать его связи с коммунистами и агентами КГБ. Вся эта шпионская деятельность, направленная против своих же граждан, оставалась в рамках закона, если агенты, устанавливавшие жучок, не проникали в "пространство, защищенное конституцией". То есть если агент устанавливал подслушивающее устройство в домашний телефон, он нарушал конституцию, а если он подключался к телефонному кабелю снаружи, то ничего противозаконного не делал. Однако ветер перемен вскоре повеял даже в зале суда, и спецслужбам пришлось отказаться от многих старых привычек.

В 1967 году Чарльзу Кацу было предъявлено обвинение в организации нелегальных азартных игр. Кац был очень осторожен и никогда не говорил о делах по домашнему телефону. Он выходил на улицу и беседовал с сообщниками по телефону-автомату. Полицейские установили жучок в телефонной будке и включали его только тогда, когда к телефону подходил их подозреваемый. В результате Кац был осужден, но подал апелляцию, в которой требовал признать факт вторжения полиции в его частную жизнь. Представители следствия утверждали, что телефонные будки не являются пространством, защищенным конституцией, но Верховный суд решил иначе. Судьи постановили, что каждый человек, где бы он ни находился, имеет право надеяться, что его слова не будут подслушаны. Из этого следовало, что четвертая поправка должна защищать гражданина не только в его жилище, но и на улице, в офисе и вообще где угодно. Кац выиграл процесс, и полиции стало гораздо труднее прослушивать американцев. АНБ и прочих спецслужб это пока не касалось, поскольку сведения, которые они собирали, не предназначались для суда. И все же дни шпионской вольницы были сочтены.

Настоящие проблемы у американских спецслужб начались в 1972 году, когда грянул Уотергейтский скандал. Широкая публика узнала, что администрация Никсона использовала возможности ЦРУ и ФБР для слежки за политическими противниками и рядовыми гражданами США. Это вызвало бурю возмущения. В 1975 году, вскоре после отставки Никсона, сенатор Фрэнк Черч возглавил сенатский комитет по изучению операций правительства в области разведки. Комитет Черча объявил, что ЦРУ, АНБ и ФБР незаконно следили за тысячами американцев. В частности, ФБР начиная с 1950-х годов тайно скопировало около 215 тыс. частных писем. В августе 1975 года Черч дал пресс-конференцию, в ходе которой заявил: "Мы должны осознавать, что средства наблюдения могут в любой момент обернуться против американского народа и что ни один американец не сохранит частную жизнь в неприкосновенности, будь то телефонные разговоры или телеграммы. Нам будет негде спрятаться. Если это правительство однажды станет тираном, если власть в стране захватит диктатор, технические средства разведывательного сообщества позволят правительству ввести неограниченную тиранию, с которой будет невозможно бороться". В стране сложился такой общественный климат, что спецслужбам пришлось пойти на попятную. В частности, в 1975 году директор АНБ Лью Аллен закрыл программу "Трилистник".

В 1978 году вступил в силу закон, предложенный сенатором Эдвардом Кеннеди, устанавливавший правила слежки за американскими гражданами, обязательные для всех спецслужб. Их агенты сохраняли право начать прослушивать подозреваемого без ордера, но через 72 часа после начала электронной слежки были обязаны получить санкцию особого федерального суда, созданного специально для рассмотрения подобных вопросов. Закон серьезно ограничил свободу маневра спецслужб. Вернуть бесконтрольность им могла теперь только большая война, и она началась.

Эшелонированное наступление

После терактов 11 сентября 2001 года положение американских спецслужб резко изменилось. Заговорили о том, что нападение террористов стало возможным, так как спецслужбы связаны по рукам и ногам всевозможными ограничениями. Администрация Буша взялась исправить это положение, и уже в октябре 2001 года Конгресс принял Патриотический акт, который избавил спецслужбы от большинства формальных ограничений. Со временем в прессу стали просачиваться тревожные новости: АНБ, ЦРУ и другие структуры наладили слежку за миллионами американцев. Как и раньше, помощь спецслужбам оказывали крупные монополии, работавшие на рынке информационных услуг.

В 2003 году экс-сотрудник AT&T Марк Клейн выступил с разоблачениями в адрес бывшего работодателя. Клейн утверждал, что в офисе AT&T в Сан-Франциско есть комната 641А и в ней установлены мощные серверы, через которые проходит весь интернет-трафик по оптико-волоконным линиям компании. Доступ в комнату имеют только сотрудники АНБ, которые и контролируют трафик. The New York Times нашла косвенные подтверждения словам Клейна. По данным газеты, AT&T ежегодно получала от американских спецслужб $10 млн за доступ к своим серверам. Журналисты USA Today утверждали, что компании Verizon и Bell South зарабатывали таким же образом, продавая АНБ записи телефонных переговоров миллионов американцев. В итоге все оставались довольны: бюджеты спецслужб росли, а компании получали прибыль. С тех пор действие Патриотического акта неоднократно продлевалось, что вряд ли может кого-то удивить.

Мировая пресса не раз писала, что США и их союзники наладили систему глобального слежения за своими и чужими гражданами. В частности, публиковалось много материалов о системе радиоэлектронной разведки "Эшелон", которую создали США, Великобритания, Канада, Австралия и Новая Зеландия. Базы "Эшелона", разбросанные по всему миру, позволяют перехватывать и контролировать электронные письма, телефонные разговоры, факсы и прочие современные виды коммуникации, что порой приносит заинтересованным сторонам немалую прибыль. Журналисты Дункан Кэмпбелл и Ники Хагер утверждали, что после окончания холодной войны "Эшелон" переориентировался на промышленный шпионаж. В частности, похитил у немецкой фирмы Enercon технологию строительства ветровых турбин. Данные, полученные с помощью "Эшелона", не раз использовались в интересах американских компаний. В 1994 году Airbus готовилась заключить с Саудовской Аравией контракт на поставку авиалайнеров стоимостью $6 млрд. АНБ, опираясь на данные "Эшелона", заявило, что европейцы подкупили саудовских чиновников, и переговоры были сорваны. В результате контракт достался американской McDonnell Douglas.

Последним и самым крупным скандалом, связанным с глобальной электронной слежкой, стали разоблачения Эдварда Сноудена, которые до сих пор у всех на слуху. Бывший сотрудник ЦРУ и АНБ, видимо, полагал, что сильно дискредитирует эти спецслужбы, если расскажет всему миру, что они делают именно то, ради чего создавались, то есть занимаются шпионажем. Между тем мир начинает привыкать к постоянной слежке. Спутниковая связь, электронная почта, социальные сети — все эти технологии словно созданы для перехвата, а у большинства пользователей нет навыков, которые позволили бы защитить частную жизнь. Именно поэтому в последние годы меняется само представление о неприкосновенности частного пространства. Большинству обывателей нечего скрывать от спецслужб, их мелкие тайны вряд ли кому-то интересны. Сегодня спецслужбы ежедневно перехватывают миллионы частных сообщений, что позволяет индивиду затеряться в общем информационном потоке, стать частью постоянного "белого шума". Известно, что британская служба GCHQ, входящая в программу "Эшелон", еще в 2011 году обрабатывала по 600 млн телефонных звонков в день и считывала трафик по 200 интернет-кабелям. При таком объеме информации вряд ли кто-то может сказать, что государство шпионит лично за ним. Тем же, чьи политические или коммерческие интересы могут пострадать, приходится включаться в бесконечную гонку шифровальщиков и дешифровщиков, которая, похоже, никогда не прекращалась и вряд ли когда-нибудь кончится.

Кирилл Новиков, КоммерсантЪ

Вы здесь: Home Новости Телеком и IT Дайджест СМИ Дело о тотальной прослушке. Как строили систему слежки за гражданами