G-news

Воскресенье, 24-е Марта 2019
23:41:33

В пятницу в Госадминистрации связи в присутствии представителей Нацкомиссии регулирования связи (НКРС) и участников рынка были подведены итоги работы отрасли за прошлый год и сделаны стратегические прогнозы на этот.

 

Замминистра транспорта и связи и глава Госсвязи Олег Проживальский рассказал «i», как планируется выводить «Укртелеком» на безубыточность и когда Украина может запустить национальный спутник.

 

Вопрос: Во время доклада на заседании коллегии Госсвязи вы говорили, что за прошлый год убыток ОАО «Укртелеком» составил 495 млн. грн. при валовом доходе в 6928 млн. грн., а в следующем году доход оператора возрастет до 8432 млн. грн., чистая же прибыль должна составить примерно 55 млн. грн. Получается, что в следующем году у «Укртелекома» прогнозируется очень маленькая рентабельность — менее одного процента, почти столько же, сколько и у «Укрпочты». С чем это связано?

 

Ответ: Я вообще думаю, что рентабельность «Укртелекома» в следующем году может быть значительно больше. Те цифры, которые я представил на своих слайдах, соответствуют тому проекту финансового плана, который предоставил «Укртелеком». Компания исходила из определенных условий. Она, очевидно, ожидала пересмотра цен и еще ряда мероприятий. Но буквально на днях состоялось совещание у премьера, где мы рассматривали проблемы, связанные с положением «Укртелекома». Главная проблема оператора состоит в том, что это — единственное предприятие связи, предоставляющее социальные услуги населению ниже себестоимости. Это телеграф, который приносит убытки. Но «Укртелеком» держит стабильные цены; на проводное вещание (радио) цены были подняты, но они далеко не покрывают себестоимости. На совещании было сказано «Укртелекому»: «Понизьте тарифы. Это все равно не делает вам погоды. Пусть люди слушают радио в деревнях». Поэтому, скорее всего, «Укртелеком» в два раза снизит этот тариф. Это его решение, но, я думаю, он воспользуется рекомендациями, данными на совещании.

 

Надо учитывать, что телефонная связь в сельской местности — это тоже достаточно затратный вид деятельности. И если ее вывести на себестоимость, то многие люди отказались бы от этой услуги. Только от предоставления услуг сельской связи «Укртелеком» несет убытки в объеме 700-800 млн. грн. Поэтому было принято решение, что все-таки должен создаваться фонд универсальных услуг. Главным противником этого фонда до сих пор выступало Министерство финансов. Но вчера было принято решение (и я думаю, что все уже подпишут эти проекты законодательных актов) о необходимости создания такого фонда. А он существует в большинстве стран мира. Примерно две трети земного шара оказывают дотации из такого фонда тем операторам, которые предоставляют социально важные, но нерентабельные услуги. Допустим, если в этот фонд будут производиться отчисления от всех оказанных операторами услуг связи в размере 2%, то получилось бы примерно 700 млн. грн.

 

Это почти столько, сколько «Укртелеком» несет убытков от предоставления социальных услуг в сельской местности, горных районах и так далее. Само отчисление в фонд — это не уменьшение дохода оператора на определенный процент. Просто к тарифу на определенную услугу прибавляется два этих процента. Для жителей не так ощутимо, заплатят ли они за какую-то услугу 100 грн., например, или 102 грн. Поэтому Кабинет министров, возможно, будет выносить предложение, чтобы доплата к тарифам всех услуг связи (кроме почтовой) для отчислений в фонд составила два, а то и три процента.

 

В: Возможно ли появление фонда в этом году?

 

О: Да. Все будет зависеть от того, как быстро будет принята нормативная база.

 

В: Кто будет его курировать?

 

О: Нацкомиссия по вопросам регулирования связи.

 

В: Какие могут быть приняты еще меры, для того чтобы улучшить показатели «Укртелекома»?

 

О: Мы предусматриваем пересмотр предельных тарифов в среднем еще на 15% в сторону увеличения на некоторые услуги фиксированной связи: некоторые, может, будут увеличены на 20%, другие на 10, на 5, некоторые останутся нетронуты. Если бы это было сделано с первого января, то это дало бы «Укртелекому» еще 500 млн. грн. дополнительных доходов (но эта сумма будет немного меньше, потому что НКРС утвердила тариф не с первого января). Таким образом, 2-3% отчислений в фонд универсальных услуг плюс повышение тарифов — это более чем 1,5 млрд. грн. дополнительного дохода. Здесь также важно, чтобы «Укртелеком» вел правильную тарифную политику и стратегию развития, меньше сам себе наносил ущерба. Важно оптимизировать численность персонала (а я так думаю, что если «Укртелеком» приватизируется, то это обязательно произойдет). Ведь численность «Укртелекома» примерно в полтора раза больше, чем в аналогичных компаниях в других странах. Оператор находится четыре года в стадии приватизации и Фонд госимущества, в соответствии с действующим законодательством, не дает ему права самостоятельно инициировать увольнения. Это запрещено законом. И компания все это время, устанавливая современные цифровые станции, которые требуют в 10 раз меньше персонала, не может ничего сделать с теми людьми, которые у него остаются незадействованными. Если мы «Укртелеком» удачно приватизируем, тогда через полгода у нового инвестора развязываются руки по оптимизации персонала. Я думаю, прибыль в «Укртелекоме» будет очень высокой и это предприятие будет наравне с ведущими компаниями. Но волей судьбы это предприятие пока оказалось в других условиях. Специалисты, потенциальные покупатели, прекрасно понимают, что это за компания. Просто сейчас у нее, как и у любой государственной структуры, которая действует в рамках строгих канонов и правил, немного связаны руки. В принципе я считаю, что если все вышеперечисленные мероприятия будут проведены в текущем году, то «Укртелеком» к концу года станет высокоэффективным предприятием. В этом я уверен.

 

В: Насколько я помню, в прошлогодних условиях приватизации для инвесторов указывался определенный срок, до которого они не смогут проводить сокращения. По-моему, это не полгода, а несколько лет.

 

О: Этого хотели профсоюзы, и вы читали проект условий. Но на выходе еще не было условий, которые утверждает Кабмин. Насколько мне известно, Кабмин этого условия не принял. Потому что, вы же понимаете, что это дополнительный прицеп инвестору. Вместо того чтобы вкладывать деньги в развитие предприятий, он должен его тянуть. Это не совсем правильно.

 

В: Кстати, ведь прежде чем продавать «Укртелеком», нужно решить на законодательном уровне еще много нюансов, связанных со взаимоотношениями его с другими операторами на рынке. Это подключение к сети «Укртелекома», доступ к городской телефонной канализации, которую он фактически контролирует…

 

О: Да. Есть проблемы с совместным использованием канализации. Но НКРС сейчас вместе с нами (создана рабочая группа) нарабатывает нормативный документ. И думаю, что он в этом году будет точно. Проблемы взаиморасчетов с операторами тоже будут решаться. В том числе и «Укртелеком» внесет свои предложения по разработке нормативных актов по этому вопросу. Возможно появление закона, и этот вопрос будет отрегулирован. Это не проблемные вопросы. Они все решаемы. Если наступит время Ч, т.е. будет объявлен план размещения акций ОАО, что является началом его приватизации, то появится какой-то период времени перед тендером, и за это время очень быстро все подгонят. Наработки уже есть. Просто ускорится их принятие.

 

В: В прошлом году стартовая стоимость пакета акций «Укртелекома», который предполагался к продаже (67,79% акций, 12,5 млрд. грн.), была сопоставима с уровнем стоимости акций компании на фондовом рынке. Сейчас на украинских биржах акции ОАО стоят в разы меньше. Как вы считаете, какая в этом году должна быть оптимальная схема определения стартовой цены?

 

О: Специалисты, которые знают толк в телекоммуникациях, примерно знают цену этого предприятия. Поэтому я думаю, что «Укртелеком» не будет продан за какие-то небольшие деньги. В любом случае государство не пойдет на продажу этой компании за бесценок. Если окажется, что нет реальных покупателей, готовых отдать за это предприятие реальные деньги, то и продажи не будет. Цена, которая тогда была в гривнях, думаю, будет поднята в гривнях соответственно. Потому что доллар поднялся. Это должно быть учтено. Да, конечно, если бы «Укртелеком» продали 10 лет назад, он мог бы стоить дороже. Потому что тот, кто его бы купил, приобрел бы потенциальные возможности на рынке. И тот покупатель бы понимал, что он может занять большие ниши на рынке.

 

В: А что нужно делать «Укртелекому», чтобы сейчас отбивать занятые ниши?

 

О: Он должен, мне кажется, более активно вести себя на рынке мобильной связи. Я думаю, что они просто не научились продавать услугу так, как надо. Сеть они построили хорошую, достаточно разветвленную. Даже некоторые западные страны, которые вышли на рынок 3G, не могут похвалиться своей сетью, потому что они построены только в крупных городах-миллионниках. «Укртелеком» уже построил достаточно большую сеть. Но надо ему научиться продавать услугу, отнимать рынок у других. А здесь нужны очень хорошие маркетинговые навыки, чего, я так думаю, не хватает у оператора. Подобрав хороших специалистов, вполне вероятно, что «Укртелеком» может занять достойную нишу и на этом рынке. Вы обратите внимание, как борются между собой две компании — «Киевстар» и МТС, как, то одна, то другая занимали первое место на рынке. Почему «Укртелеком» не борется? Потому что, как мне кажется, там нет достаточно специалистов в области маркетинга. Компания должна повернуться к клиенту лицом, в первую очередь. А технари в «Укртелекоме» сильные. Они умеют строить, но не умеют продавать.

 

В: Интересно было узнать из вашего доклада, что «Укртелеком» планирует инвестировать в этом году около 1 млрд. грн. в развитие. Куда, по вашему мнению, могут пойти эти деньги?

 

О: Я так думаю, что главным образом на интернет-услугу «ОГО», на построение специальных сетей. Потому что эта услуга развивается наиболее динамично. И это будет стратегически правильно. Ну и где-то там, где хорошо идет услуга мобильной связи, немного будет улучшаться сеть.

 

В: А как «Укртелеком» должен компенсировать потери в сегменте предоставления услуг международной и междугородней связи?

 

О: Я так думаю, что компания должна это компенсировать только ведением гибкой тарифной политики. Консерватизм оператора и неправильная ценовая политика привела, кстати, и к тому, что «Укртелеком» потерял своих клиентов-мобильщиков — как клиентов, которые у него должны были покупать каналы связи. Ведь сотовые операторы для поддержки базовых станций строят еще и огромную кабельную сеть. А это могла быть сеть, которую «Укртелеком» своим клиентам мог предложить. Я это в компании критиковал еще давно, еще при предыдущих руководителях. Я им говорил: «Ведите правильную ценовую политику, чтобы мобильщикам не было выгодно строить самим себе сеть, и стройте там, где им хочется. Берите этот рынок». Это огромные деньги. Сотни миллионов долларов, потерянных «Укртелекомом». Сегодня точно такие же ошибки компания допускает при ведении тарифной политики по услугам междугородней и международной связи. Но борьбы за клиента, к сожалению, в «Укртелекоме» нет.

 

В: Из вашего доклада следует, что планируется создать национальный спутник. Стоимость проекта составляет примерно $200 млн. На каком этапе находится данный проект, и каковы его перспективы в этом году?

 

О: Наша задача на этот год — провести согласование со всеми заинтересованными странами, которые имеют свои спутники, по координации частотных присвоений. Мы имеем две возможные точки (позиционирования спутника). Одна покрывает половину Украины, а другая — всю страну. Но даже у той точки спутника, которая полностью покрывает государство, всего лишь 10 частотных каналов. Это коммерчески невыгодно. Никто не пойдет на запуск такого спутника. Ведь нужно минимум $100 млн., чтобы его запустить. А мы сейчас координацию ведем, чтобы можно было покрыть Европу, частично Россию, Азию, Ближний Восток. Когда вот такое будет покрытие, появится возможность продавать ресурсы спутника и другим странам, и коммерческая эффективность будет гораздо выше. Но для этого предварительно нужно еще много сделать. Надо со всеми странами списаться и через Международный союз электросвязи провести вышеупомянутую координацию. Чтобы мы не мешали другим спутникам. Если нам удастся эту работу завершить в 2009 г., это будет здорово. Тогда уже можно будет искать заинтересованных инвесторов.

 

В: В чем, по-вашему, состоит причина затягивания подготовительных процедур для конкурсов на лицензии на связь третьего поколения?

 

О: Этот вопрос лучше задать НКРС. Мы несем ответственность за внесение поправок в план использования радиочастотного ресурса. Мы внесли их в прошлом году. Очень непросто было. Военные нам тоже пытались блокировать процесс. У них в этом диапазоне есть свое оборудование. И вот до сих пор, насколько я понимаю, НКРС с ними не может найти общего языка — сколько там оборудования, сколько надо средств на конверсию. Понятно, что у каждого есть свои интересы. Военные хотят как можно больше. Но если их аппетиты будут огромны, то тогда может не состояться конкурс, потому что не найдется покупателя, который должен будет отдать миллиард на конверсию, миллиард на оборудование и т.д. Бизнес должен быть эффективным. В этом проблема.

 

В: Возможен ли вариант, если решение будет принято свыше. Срочно понадобятся деньги в госбюджет, и правительство надавит на Минобороны?

 

О: Возможно. Но только если бы свыше, как вы их называете, были бы заинтересованы в развитии этого рынка. Кабмин в этом заинтересован. К сожалению, есть другая ветвь власти, которая защищает министра обороны и входит в его положение. Хотя я знаю, что у военных цифры дутые.

 

В: Как вы считаете, что в сложившейся ситуации лучше: признать всех или некоторых операторов связи монополистами на своих сетях, как хотел АМКУ, или продолжить работу по определению критериев для обозначения оператора SMP (Significant Market Power)?

 

О: Я всегда был сторонником того, что чем меньше государство вмешивается в рынок, тем лучше. Я считал, что взаимосоединение сетей должно базироваться на договорных отношениях. Но, к сожалению, на рынке есть некоторые операторы, которые злоупотребляют этим. Если бы у них хватило сознательности самим постепенно снижать ставки доступа, то, наверное, проблем бы не было. А так как они этого не делают, то они могут доиграться до того, что государство начнет их регулировать. Но каждый оператор здесь защищает свои интересы. Маленькие операторы пытаются снизить интерконнект-ставки только для того, чтобы иногда где-то на транзите трафика заработать $1-2 млн. Это для них существенные деньги и их хлеб. Крупные мобильные операторы держат эти ставки, так как они здесь тоже имеют достаточно неплохие доходы. «Укртелеком» хочет снизить ставку доступа на сеть мобильных операторов, не снижая при этом ставку для абонентов. Тоже неправильно.

 

В: Считаете ли вы, что это нормально со стороны АМКУ — признавать всех операторов стопроцентными монополистами на своих сетях?

 

О: Ну понимаете, если признавать, то всех.

 

В: Нормальный ли это, с точки зрения регулирования рынков, ход?

 

О: Знаете, в мире есть различные подходы в этом вопросе. Есть страны, которые его регулируют, есть те, которые не регулируют, есть такие, которые принимают закон о том, что никто ничего никому не платит — т.е. взаиморасчетов вообще нет. Каждый из них имеет право на существование.

 

В: До сих пор не могу понять, кто же все-таки — Нацсовет по вопросам телерадиовещания или Администрация связи — будет выполнять программу по внедрению цифрового эфирного телевидения…

 

О: Во-первых, мы никогда не говорили, что это только мы внедряем. Мы всегда настаивали на том, что должен быть создан координационный совет из всех организаций. Друг без друга мы не можем. Мы отвечаем за техническое построение сети. Мы инженеры, связисты. Нацсовет и Госкомтелерадио — это, по сути, журналисты. Сейчас мы оказались в ситуации, когда есть принятая программа. И я по сей день считаю, что она правильная. Да, указом президента ее реализация приостановлена. Это наносит только вред стране в целом. Потому что если мы первыми не закажем частотный ресурс по пограничным регионам, то можем его потерять. Мы провели встречу, определились создать рабочую группу из трех этих организаций, подключим сюда НКРС и «Укрчастотнадзор» и будем искать компромисс. Я вообще хочу увидеть программу Нацсовета. Вот они говорят, что у них она есть. Покажите мне ее! Или критикуйте нашу, но конкретно. Что вам не нравится в нашей программе? Если мы увидим рациональные зерна, то нет проблем. Мы готовы их принять. Но с чем я никогда не соглашусь — если альтернативная программа будет вести к потере частотного ресурса как по границе, так и в целом по стране. Ведь что такое мощные передатчики? Это помеха на соседние зоны. Если будут поставлены мощные передатчики (что предполагает альтернативная программа), то у нас в некоторых зонах окажется в лучшем случае 30 каналов. Что еще беспокоит: цифровой формат позволяет делать мобильность. Если мы не построим синхронные зоны, а только мощные передатчики, мы не будем иметь мобильного телевидения. Но хочется, чтобы наши люди имели и этот сервис. Вот Польша под Евро-2012 делает все мобильное ТВ. Люди приедут сюда, а у нас этого не будет.

 

В: Какими, вы считаете, могут быть источники финансирования внедрения цифрового ТВ?

 

О: Любые источники. Это могут быть частные инвестиции, банковские кредиты. У нас впереди еще достаточно много времени. Да, этот год не лучший. Финансовый кризис. Может быть, сложно будет находить деньги. Но этот год не показательный. Мы делаем программу до 2015 г., и в 2010 г., я уверен, мы забудем об этом кризисе. И можно будет привлекать инвестиции. Мы можем даже растянуть выполнение данной программы дольше 2015 г., если у нас не хватит денежных ресурсов. Сейчас надо, главное, закрыться по границе, чтобы мы не мешали соседям. А внутри страны аналоговые передатчики могут еще и дольше поработать, если нам не хватит возможностей. Мы как инженеры это понимаем. Журналисты это понимают по-другому. Но симбиоз инженера и журналиста был бы более правильным. Но пока мы его не находим, идет только конфронтация. Но сейчас уже появляется какое-то понимание. Посмотрим, к чему придем.

 

Олег Петрович Проживальский родился в Ковеле Волынской области 21.10.1949 г. В 1968 г. окончил Львовский техникум связи. В 1976-м — Одесский электротехнический институт связи им. А.С. Попова. В 1988-м — Академию народного хозяйства при Совете Министров СССР. Работать в отрасли связи начал в 1970 г. электромонтером. В 1992-1995 гг. Проживальский был министром связи Украины. После отставки с правительственного поста работал консультантом компании «РТТ Телеком Нидерланды». Занимал должности первого заместителя генерального директора Украинского объединения электросвязи «Укртелеком», заместителя председателя правления ОАО «Укртелеком», заместителя председателя Государственного комитета связи и информатизации Украины. Был президентом Украинской ассоциации операторов связи «Телас». В последние годы работал в компании «МТС-Украина» — директором по корпоративному управлению и контролю, заместителем генерального директора компании по государственным связям. 5 марта 2008 г. Кабмин назначил Олега Проживальского на должность заместителя министра транспорта и связи, директором Государственного департамента по вопросам связи и информатизации (Госкомсвязи). Олег Петрович женат. У него двое детей — сын Сергей (1972 г.р.) и дочь Виктория (1978 г.р.). Увлекается охотой, футболом и теннисом.

 

Станислав ЮРАСОВ, «Экономические Известия»

Вы здесь: Home Новости Телеком и IT Дайджест СМИ Олег Проживальский: «Укртелеком» не будет отдан за какие-то небольшие деньги»