Единая оппозиция, стоило ей придти к власти, снова разделилась на враждующие — могучие и не очень — кучки. Борьба за должности, сферы влияния и кураторство над различными государственными компаниями ведется открыто и без какого-либо стеснения.

Квоты на управление различными ведомствами и структурами продаются, обмениваются, выманиваются, иногда отжимаются. В перечень позиций, по которым до сих пор идут торги, входят госбанки, предприятия-монополисты типа "Угля Украины" и "Укрзалізниці", Нацкомиссия по ценным бумагам и Нацкомиссия по финансовым услугам.

Борьба за должность председателя Нацкомфинуслуг в последнее время вообще перекочевала в публичную плоскость — изначально отданная в сферу влияния "Батьківщини", комиссия перешла в ведение УДАРа и группы "Экономическое развитие", которые лоббировали на должность председателя Нацкомфинуслуг Андрея Волкова.

В ответ ряд представителей "Батьківщини" (Валерий Головко, Вадим Мериков, Игорь Брыченко, Михаил Апостол, Леся Оробец) зарегистрировали в парламенте проект постановления о создании следственной комиссии о деятельности "Альфа-банка", где Волкову довелось в свое время поработать. Задекларированная цель — расследование возможной связи банка, где работал Волков, с российской ФСБ.

Реальная цель, как говорят участники финансового рынка, — попытка переделить надзор за рынком обнала, который "курируют" сегодня налоговики и страховщики и который, так получилось, оказался под бдительным оком одной парламентской группы в ущерб другим.

Нацкомфинуслуг (ранее Госфинуслуг) — регулятор небанковских финансовых организаций, который должен заниматься вопросами страховщиков, лизинговых компаний и кредитных союзов, ломбардов, финансовых компаний, негосударственных пенсионных фондов и кредитных бюро.

С комиссией связан, наверное, один из самых громких коррупционных скандалов последних лет в сфере госрегулирования — глава Госфинуслуг Василий Волга был осужден за вымогательство взятки в размере 500 тыс. долл. у собственника одного из кредитных союзов. В сентябре 2012 г. г-н Волга был отправлен в места лишения свободы на пять лет.

Впрочем, и до, и после господина Волги появляющиеся на рынке финансовых — банковских и небанковских — услуг сообщения о коррупции чаще всего касались Нацкомиссии. Правда, ставки в этой игре никогда не были особенно большими: чаще всего, с помощью посредников организовывались поборы за прием различного рода документов, перелицензирование, регистрацию взносов в капитал. Плата "за консультационные услуги" составляла от 5 до 100 тыс. долл.

Участники рынка говорят, что на системные рельсы "интерес" чиновников в Нацкомфинуслуг был поставлен в "семейный" период — с приходом в НКФУ Бориса Визирова был организован надзор над работой страхового рынка, который всегда был одним из ключевых каналов по выводу капитала за рубеж и обналичиванию средств. Например, о фиктивности целого сегмента этого рынка говорит тот факт, что из почти 400 страховых компаний около 300 собирают всего 3% страховых премий.

Страховщики говорят о резком росте числа схемных контор, ориентированных в "семейный" период на обналичивание и вывод средств за рубеж. Они даже называют общую ставку, по которой велась такая работа: 4% от объема операций в месяц.

Таким образом, бороться с рынком обнальных афер формально должны три госрегулятора — Нацбанк, Нацкомфинуслуг и Миндоходов (ямы по оптимизации НДС и налога на прибыль). Не вдаваясь в выяснение, является ли работа этих регуляторов борьбой с рынком обналички, проанализируем, как распределились сферы влияния во всех трех организациях.

Нацбанк, который присматривает за банками — ключевым звеном любой схемы по обналичиванию средств, находится в сфере влияния премьер-министра Арсения Яценюка (условно — "Фронту змін"). Утверждают, что глава НБУ Степан Кубив советуется с премьером по всем важным вопросам и без него никаких решений не принимает.

Миндоходов — парафия группы "Экономическое развитие" Анатолия Кинаха и Виталия Хомутынника. Последний, как утверждают в СМИ, получил право рекомендовать людей на должности замминистров в Миндоходов по налоговому (Игорь Билоус) и таможенному (Виталий Науменко) направлениям. Формально назначения проходили через Европейскую бизнес-ассоциацию, однако отбирал кандидатов господин Хомутынник взамен на три десятка штыков в поддержку инициатив премьера в Раде.

Претендентами на пост главы Нацкомфинуслуг, таким образом, формально оставались "Свобода", "Батьківщина" и УДАР. По сведениям источников ZN.UA, "свободовцам" были интереснее госбанки, поэтому они участия в конкурсе на должность председателя НКФУ не принимали. Формально руководителем комиссии должен был остаться представитель "Батьківщини" Максим Поляков, который некоторое время даже активно проводил встречи с менеджментом финансовых компаний.

Господин Поляков стал членом Нацкомфинуслуг c марта этого года, несмотря на то, что опыта регулирования финансового рынка у него не было: с 2006 г. Поляков занимается предпринимательской деятельностью и преподает в Уманском государственном педагогическом университете им. П.Тычины, в 2011-м был заместителем мэра Умани от партии "Фронт змін".

Однако в СМИ всплыл скандал с компанией "Уманьхлеб", в которой Поляков якобы рейдерским путем стал собственником 15% акций, которые затем были перепроданы. И этот скандал, якобы, стал причиной неутверждения господина Полякова в должности главы НКФУ. Не получила должность и "Батьківщина", вместо ее представителей главой комиссии был выбран Андрей Волков. Участники рынка считают его ставленником вышеупомянутой группы "Экономическое развитие" Кинаха—Хомутынника, которой передал свою квоту УДАР (законопроект о назначении главы Нацкомиссии Кабмином, а не президентом подавали депутат от УДАРа Ольга Белькова и депутат от ЭР Александр Един).

Таким образом, с точки зрения политических партий, борьба с потенциальными схемами по обналичиванию средств распределилась так: "Фронт змін" — Нацбанк, "Экономическое развитие" — Миндоходов и Нацкомфинуслуг.

Что и вылилось во внутреннюю борьбу в объединенной оппозиции: в отношении господина Волкова был задействован тот же механизм, что и против Полякова. Если против последнего в парламенте пытались создать временную следственную комиссию по расследованию событий с "Уманьхлебом", то против Волкова — ВСК по связям последнего с "Альфа-банком", который может быть "сообщником ФСБ" (господин Волков работал в банке с 2003-го по 2009 г.).

Соответствующий проект постановления подписали сразу пятеро народных депутатов от "Батьківщини" — Валерий Головко, Вадим Мериков, Игорь Брыченко, Михаил Апостол, Леся Оробец. Сам документ называется "О создании ВСК по расследованию деятельности консорциума "Альфа-груп" вопреки интересам Украины", а его цель — расследовать размер убытков, нанесенных Украине "Альфа-банком" и "Альфа-страхованием", которые могут быть связаны с ФСБ России.

"Мы понимаем, что крупная финансово-промышленная группа в России не может быть не связана с власть имущими", — заявила госпожа Оробец порталу "Цензор". Примечательно, что на этот же портал депутаты затем ссылаются в проекте постановления о создании ВСК — якобы от него они и получили информацию о причастности "Альфы" к ФСБ. Почему при этом депутатов "не возбудило" заявление генпрокурора Олега Махницкого о расследовании причастности "Дочернего банка Сбербанка России" к возможной поддержке сепаратистов на Востоке страны, не понятно. Возможно, потому что в "дочке" Сбербанка нет обнала?

ZN.UA решило поинтересоваться у госпожи Оробец и других депутатов, подписавших проект постановления, есть ли у них реальные доказательства причастности "Альфа-груп" к российским спецслужбам, что они думают о рынке по обналичиванию средств и выводу капиталов в офшоры и почему следственная комиссия не будет заниматься государственными банками РФ на территории Украины (ВТБ, Сбербанк, Проминвестбанк). Однако ответа так и не получило. Более того, помощники нардепов, звонившие в редакцию, просили "по-человечески" эту тему не поднимать. Мол, никто за этот проект голосовать не собирается... и никакой информации по "Альфе" у них нет.

Однако тогда непонятно, как же все-таки воспринимать такую громкую инициативу ряда народных депутатов, отдельные из которых даже имеют мэрские амбиции в Киеве? Это "работа мандатом" за одни банки против других, межпартийная борьба, желание получить контроль над одним из финансовых регуляторов с помощью СМИ либо неудовлетворенное желание контролировать теневые схемы? Запросы отправлены и в депутатских приемных получены. Теперь надеемся получить разъяснения.

Андрей Алексеев, Зеркало недели

"Смерть" уже пяти банков с начала года и пребывание в коматозном состоянии еще целого ряда финучреждений в очередной раз поставили ребром вопрос: что же делать со всем банковским хозяйством Украины? И сможет ли Фонд гарантирования вкладов физических лиц удовлетворять вкладчиков комбанков, которые будут покидать ряды "живых"?

По оценкам банкиров, до конца года потерять свой капитал могут 40–50 банковских учреждений — почти треть всех кредитно-финансовых посредников страны. Уже сейчас не возвращают вклады по первому требованию около 15 банков, среди которых и крупные.

Формально Нацбанк должен выводить такие банки с рынка, передавая их в ведение Фонда гарантирования вкладов сразу по факту невыполнения нормативов адекватности регулятивного капитала либо после пяти дней задержек платежных требований клиентов.

Однако в НБУ и ФГВФЛ не решаются брать на себя ответственность — банки продолжают не отдавать клиентам деньги, что приводит к параличу межбанковского кредитного рынка, росту общего недоверия в системе и накоплению проблем.

И решать эти проблемы, похоже, снова придется налогоплательщикам — в преддверии выборов правительство всерьез рассматривает вопрос рекапитализации проблемных банков. И дело здесь не в защите мелких вкладчиков, а, скорее, в необходимости защитить богатых за счет налогов всей страны. Ведь именно владельцы крупных депозитов теряют свои деньги в случае банкротства банка.

С начала года Нацбанк ввел временную администрацию уже в пять финучреждений: в два крупных банка — Брокбизнес и "Форум", а также в три мелких — "Даниэль", "Реал Банк", "Меркурий". При этом эксперты говорят о наличии еще как минимум

15 комбанков, которые по формальным признакам уже должны принимать у себя временную администрацию Фонда гарантирования вкладов. Банкиры требуют от НБУ действий. Накопление проблем в банковской системе порождает кризис доверия, а уходящие в песок кредиты рефинансирования попутно раскачивают валютный курс.

"Закрытие слабых банков, требующих масштабных вливаний Нацбанка, должно стать первоочередной задачей регуляторов", — говорит председатель правления "Райффайзен Банка Аваль" Владимир Лавренчук. При этом банкиры не считают целесообразной рекапитализацию проблемных учреждений. "Рекапитализация несет не только спасение, но еще и привыкание. Если банк получает дешевые деньги, то зачем их отдавать?" — спрашивает председатель правления Укргазбанка Сергей Мамедов.

Сообщения о сложностях с получением вкладов на различных финансовых ресурсах появляются в отношении "ВиЭйБи Банка" и "Финансовой инициативы", банка "Надра", банка "Перший" (который, кстати, связывали в свое время с Артемом Пшонкой и Сергеем Курченко), "СитиКоммерс Банка", Еврогазбанка, банка "Украинский финансовый мир", Укринбанка (связывают с экс-председателем НБУ Владимиром Стельмахом) и еще ряда финучреждений.

При этом Нацбанк утверждает, что проблем у своих подопечных не видит, мол, по счету невыполненных клиентских платежей банки показывают "нули", а значит, формально придраться к ним не за что.

Страусиная позиция НБУ в текущей ситуации объясняется двумя причинами. Во-первых, регулятор просто боится посеять панику среди вкладчиков, ведь выводить с рынка по формальным причинам нужно как средние, так и крупные банки. Что явно не добавит системе доверия со стороны вкладчиков, особенно в условиях угрозы полномасштабной военной агрессии со стороны России.

Во-вторых, у Фонда гарантирования вкладов попросту нет достаточных собственных ресурсов, чтобы рассчитываться с вкладчиками проблемных учреждений. Сумма подлежащих компенсации обязательств перед вкладчиками в банках с уже введенной временной администрацией составляет 7,5 млрд грн, в то время как ресурсы Фонда гарантирования — 7,92 млрд грн. Еще около 8 млрд грн в ФГВФЛ могут поступить от Всемирного банка — в виде кредита. Также кредит для покрытия нужд в ликвидности фонда может быть предоставлен со стороны НБУ — в рамках до 90% собственных средств под залог госбумаг (причем в кратчайшие сроки, процедура уже узаконена и отработана). Однако если речь идет о более масштабных и долгосрочных потребностях в финансировании, то здесь необходимы другие источники.

Конечно, у фонда есть формальное право обратиться в Кабмин и получить поддержку. Согласно украинскому законодательству, в случае резкого падения активов Фонда гарантирования вкладов (более 70% с начала года) ему может быть предоставлено финансирование как в виде кредита от Кабмина, так и в виде вклада государства на безвозвратной основе (т.е. за счет налогоплательщиков).

И такая возможность теоретически действительно существует. Однако очевидно, что значительные вливания в фонд за счет госбюджета сегодня невозможны, так как это может повлиять на общий размер его дефицита, который является параметром, согласованным с Международным валютным фондом. Или необходимо добиваться в меморандуме о сотрудничестве с МВФ (его содержание все еще неизвестно широкой общественности) специальной оговорки, что средства, выделяемые на эти нужды, не будут учитываться в размере госдефицита (как это было ранее в случае с ОВГЗ, выпускавшимися под рекапитализацию банков).

В ином случае остаются два пути — рекапитализация проблемных учреждений за счет государства либо за счет вкладчиков. При этом Кабмин, похоже, хочет пойти по первому пути, рекапитализировав как банк "Форум", так и Брокбизнесбанк. Для этих целей создан совет по национализации проблемных банков под руководством министра финансов Александра Шлапака. При этом в ответе на запрос редакции в Минфине заявили, что в бюджете на 2014 г. средства на рекапитализацию банков не предусмотрены.

Но деньги все же могут быть выделены — в размере до 15 млрд грн. По сведениям ZN.UA, рекапитализацию "Форума" лоббирует его бывший собственник Вадим Новинский, правда, не из альтруистических соображений. На счетах "Форума" зависли деньги церковных приходов, и активному спонсору церкви надо решать вопрос их возврата. Что касается Брокбизнесбанка, то в нем зависли деньги ряда крупных функционеров системы МВД, которые также активно работают по своим каналам для обеспечения рекапитализации учреждения. Их аргумент — контроль над правоохранителями Харькова и ряда восточных областей Украины, где активны сепаратисты.

При этом власти сознательно отказываются делать аудит проблемных банков, что позволяет заподозрить интересантов рекапитализации в коррупции. Например, дыра баланса "Брокбизнеса" на сегодняшний день составляет более 10 млрд грн, "Форума" — около 6 млрд грн. Замещение этих средств деньгами государства может создать условия для масштабного мздоимства.

О вкладчиках в данном случае никто не думает, цель иная — спасти крупные сбережения ряда лиц и организаций для заработка денег, сохранения имиджа и отношений. Однако такие действия, по мнению банкиров, приводят к дисбалансам в самой системе: проблемные банки не выводятся с рынка, так как дальнейшая их рекапитализация невозможна.

В результате сами банкиры не знают, с кем можно работать на межбанковском кредитном рынке, из-за чего, в свою очередь, ширится кризис доверия (который только подогревают власти заявлениями о десятках банков-"моек", финансировании сепаратистов и т.п.).

Усиливают напряженность и сообщения о планах Нацбанка (по требованию МВФ) провести стресс-тестирование банков и определить достаточность их капитала. После этого должны быть приняты меры по стабилизации финансовой системы. "По нашим оценкам, до 30 банков находятся под высоким риском дефолта (17% от общего количества банков). Это 14% активов системы и 16% депозитов физлиц (порядка 72 млрд грн). Банкротство таких банков может создать Фонду гарантирования проблем на 25 млрд грн", — говорит старший советник "Альфа-банка" Роман Шпек.

Чтобы снять это напряжение с бюджета, эксперты советуют властям принять предложения частных банков — по выделению из проблемных финучреждений живой части активов и гарантированных (до 200 тыс. грн) пассивов с последующей передачей на конкурсной основе работающим банкам.

Например, механизм может быть следующим: депозиты и активы переводятся на жизнеспособный банк, который получает деньги у фонда на выплаты депозитчикам. Одновременно банк начинает реализацию активов, полученных вместе с депозитами. По мере реализации таких активов происходит возврат денег Фонду гарантирования.

Однако при реализации этого сценария остается вопрос, что делать с плохим банком, из которого будут забраны все рабочие активы вместе с депозитами, прогарантированными фондом? То есть вкладчики-юрлица и вкладчики-собственники крупных депозитов останутся просто с банковской оболочкой, никакими активами не наполненной и, как следствие, вообще без шансов вернуть свои депозиты. Этой категории клиентов такой сценарий может совсем не понравиться.

Оставшиеся на балансе проблемного банка активы либо должны быть реализованы ликвидационной комиссией, либо должна быть предпринята попытка их возврата, но при капитализации банка за счет вкладчиков, владеющих крупными депозитами.

Вариант с рекапитализацией банков за счет крупных вкладчиков был недавно реализован на Кипре. "Одной из главных задач данного шага было сохранить банковскую инфраструктуру и избежать перекладывания бремени по спасению этих финансовых учреждений на налогоплательщиков. В целом, такая идея более приемлема с точки зрения социальной справедливости, однако, вероятнее всего, встретит очень серьезное сопротивление со стороны крупных вкладчиков данных банков", — говорит аналитик банковского сектора группы "Инвестиционный Капитал Украина" Михаил Демкив.

Но такие проекты, как правило, реализовываются только для крупных системных банков, поскольку это связано с большими юридическими, административными и эмоциональными сложностями.

После финансового кризиса 2008 г. в мире плохо воспринимается идея спасения коммерческих банков за средства госбюджета. Все больше банков выпускают так называемые кокосы (от англ. contingent convertibles) — долговые ценные бумаги, конвертируемые в акции банка, если тот несет существенные убытки, и, как следствие, падает капитализация. Эти бумаги достаются держателям крупных вкладов. "Считаю, что Украине следует также двигаться в направлении усиления ответственности кредиторов банков", — говорит Демкив.

В то же время присоединение неплатежеспособных банков к госбанкам эксперт считает неприемлемым решением, так как оно фактически означает докапитализацию последних за счет бюджета. "Увеличение государственного долга было бы нежелательным шагом в сегодняшних условиях", — считает эксперт.

Более того, присоединение без международного аудита как одного, так и другого банка к любому "госу" или рекапитализация — это способ похоронить в братской могиле все проблемы и нарушения.

При этом нужно отметить, что на Кипре не существовало "правовых оснований" для конвертации части депозитов в капитал. Рекапитализация банка за счет крупных вкладчиков — это политическое решение, которое может быть принято, исходя из принципа, что возвращение депозитов клиентов — это абсолютный приоритет, а конвертация депозитов в капитал — это force-majeure, используемый только для реально "лежачих" банков и в ситуациях, когда вернуть депозиты нет никакой другой возможности. "В противном случае потенциальные клиенты, готовые размещать деньги на депозиты, могут и задуматься о необходимости совершения такого шага", — считает Роман Шпек.

Однако другого выхода у государства, судя по всему, нет. Временный администратор Фонда гарантирования вкладов, заходя в банк, не может найти инвестора, так как последний не сможет влиять на управление банком. Рекапитализация связана с рисками коррупции. А банкротство — с массовым недовольством вкладчиков. На этом фоне решение конвертировать депозиты в акции может быть компромиссным и очень выгодным для банкиров, которые нашли, на кого переложить ответственность за свою рисковую политику. В добровольно-принудительном порядке.

Александр Дубинский, Зеркало недели

По подсчетам специалистов, одностороннее снижение торговых пошлин Европейским Союзом принесет Украине около полумиллиарда американских долларов. Понятно, что это не может стать панацеей от сегодняшнего глубокого экономического кризиса и компенсировать торговую войну с Россией. Однако в долгосрочной перспективе европейский рынок может помочь серьезно переориентировать нашу экономику. Главным должен стать не экономический эффект от свободной торговли с ЕС, а структурные, законодательные и даже ментальные изменения, которые она способна внести в жизнь наших производителей.

17 марта Совет министров иностранных дел стран Европейского Союза одобрил временное снятие таможенных пошлин на украинский экспорт в Евросоюз. Решение будет действовать до

1 ноября 2014 года. Его суть заключается в том, чтобы отменить или снизить ввозные пошлины на определенные группы товаров до вступления в силу экономической части Соглашения об ассоциации с ЕС. Как заявил правительственный уполномоченный по вопросам европейской интеграции Валерий Пятницкий во время встречи с представителями Европейской Комиссии, прибывшими в Киев для консультаций с властями, режим свободной торговли товарами и услугами между Украиной и странами Европейского Союза вступит в силу уже в конце апреля — начале мая.

С этого момента украинские производители смогут получить свободный доступ на европейский рынок с 500 млн платежеспособных потребителей. Существующие ввозные пошлины на промышленные товары будут немедленно снижены либо полностью сняты с 94,7% украинской продукции. Если сейчас средневзвешенный тариф составляет 6—7%, то после снятия пошлин он станет меньше 1%, а по некоторым товарам — 0%. Европейские эксперты уже подсчитали, что в результате уменьшения и отмены пошлин Европейским Союзом украинские экспортеры смогут сэкономить в этом году 487 млн евро. Дальнейшие успехи будут зависеть от того, насколько оперативно украинцы смогут воспользоваться предоставляемыми преференциями и нарастить объемы торговли с ЕС.

Особые надежды Украина возлагает на улучшение торговли с Евросоюзом товарами агропромышленного комплекса. В отношении сельскохозяйственных товаров ЕС должен предоставить немедленные и неограниченные преференции на 82,2% украинского экспорта. Для других продуктов частичная либерализация достигается путем предоставления беспошлинных тарифных квот. Правда, свободный доступ на рынок ЕС будет обеспечен для тех групп товаров, для которых технические регламенты в Украине уже приведены к европейским.

С кем и как торгует Украина в Европейском Союзе

Разумеется, перспективы торговли с объединенной Европой нельзя оценить без анализа текущего состояния этих торговых отношений. Первое, что сразу бросается в глаза — Украина больше покупает у стран ЕС, чем продает. Отрицательное сальдо внешней торговли товарами Украины с Европейским Союзом по итогам 2013 г. составило 10 млрд 279 млн долл. Именно такие данные огласила Государственная служба статистики Украины.

При этом отрицательное сальдо внешней торговли Украины с ЕС в 2012 г. составляло 9 млрд 104 млн долл. То есть, только за прошлый год этот показатель вырос на 12,9%. К сожалению, такая тенденция сохраняется уже долгое время. За последние 17 лет отрицательное сальдо внешней торговли Украины с ЕС выросло почти в девять раз при шестикратном росте товарооборота.

В 2013 г. экспорт товаров в страны ЕС составил 16 млрд 759 млн долл. и уменьшился по сравнению с 2012 г. на 2,1%, импорт — 27 млрд 37 млн долл. и увеличился на 3,1%. При этом в общем объеме торгового оборота Украины доля стран ЕС по сравнению с предыдущим годом увеличилась и составила в экспорте 26,5%, в импорте 35,1%.

Главными партнерами в торговле Украины со странами ЕС являются Германия, Польша, Италия и Венгрия. При этом Германия — явный лидер (около трети общего оборота Украины с ЕС). Германия ввозит в Украину машины и высокотехнологичное оборудование, электронику и электротехнику (больше половины ее экспорта), и конечно, автомобили и запчасти — 1/7 экспортного объема. Украина в обмен поставляет сырье, железо и сталь (около 40% нашего экспорта в ФРГ). При этом, и наибольший дефицит внешней торговли Украина имеет тоже с Германией — более 2,4 млрд долл. Второе место в рейтинге стран Европы, с которыми Украина имеет отрицательное сальдо внешней торговли, занимает Польша с результатом 650 млн долл. И третье место по уровню отрицательного сальдо внешней торговли с Украиной имеет Франция. Тут главные виды экспорта — транспорт и фармацевтика. Зато с Италией Украина имеет положительное сальдо во внешней торговле на уровне 315 млн долл., во многом за счет продажи в эту страну нашего металла. Также профицит зафиксирован во внешней торговле с Испанией и Болгарией, но это связано с поставками из Украины в эти страны продуктов питания.

Наибольшие объемы экспорта в страны ЕС в 2014 г. составляли черные металлы и изделия из них — 26,2% от общего объема экспорта в ЕС (главные покупатели — Италия, Польша и Германия), руды, шлак и зола — 10,5% (Чехия, Польша, Австрия), зерновые культуры — 10,3% (Испания, Италия, Нидерланды), электрические машины — 9% (Венгрия, Польша, Германия), семена и плоды масличных растений — 7,4% (Франция, Нидерланды, Италия), топливо минеральное, нефть и продукты ее перегонки — 6,3% (Венгрия, Польша, Кипр), древесина и изделия из древесины — 3,6% (Польша, Германия, Румыния).

Значительные поступления из стран ЕС составляли механические машины — 12,6% от общего объема импорта из стран ЕС (Германия, Италия, Польша), топливо минеральное, нефть и продукты ее перегонки — 11,2% (Литва, Польша, Германия), средства наземного транспорта, кроме железнодорожного — 10,2% (Германия, Великобритания, Чехия), фармацевтическая продукция — 8,6% (Германия, Франция, Австрия), электрические машины — 6,9% (Германия, Польша, Венгрия), пластмассы и полимерные материалы — 6,6% (Германия, Польша, Италия), бумага и картон — 4,2% (Польша, Финляндия, Германия).

По данным Минэкономразвития, украинский аграрный сектор получит наибольшие преимущества от уменьшения ввозных пошлин: 330 млн евро для аграрной продукции и 53 млн евро для переработанной сельскохозяйственной продукции. Потенциал Украины в этой сфере достаточно хороший. На сегодня по экспорту зерновых Украина занимает второе место в мире после США. По подсчетам аграрных ассоциаций страны, за счет беспошлинного экспорта зерна в ЕС в рамках расширенных квот аграрии могут дополнительно получить рост доходов в сумме около 180 млн евро ежегодно. В 2013 г. Украина поднялась на девятую позицию в мировом экспорте мяса. Сегодня экспортируется 20% украинского молока, а также 85% масла. Украина потихоньку начала экспорт колбасных изделий, продаются за границу также крупы и детское питание.

С момента вступления соглашения в действие будет полностью либерализована торговля текстильными изделиями. В этом секторе экономия экспортеров Украины в ЕС составит приблизительно 24,4 млн евро. И 26,8 млн евро сэкономят украинские торговцы минеральными удобрениями и другими продуктами химической отрасли.

Европа или Азия

Анализируя структуру экспорта и импорта Украины, можно легко заметить одну из главных проблем отечественной торговли — поставки на мировые рынки продукции с низкой добавленной стоимостью и ввоз товаров с высокой. Сырье — это продукт с низкой добавленной стоимостью. Экспорт таких продуктов и импорт продуктов той же группы, но после обработки, а значит, и с большей добавленной стоимостью, вымывает деньги из нашей страны и является одной из основных причин нашей бедности.

Украина для ЕС — это поставщик сырья в виде зерна и чугуна. Это действительно так, но бизнес есть бизнес, и если в ЕС готовы покупать зерно и чугун и платить за это хорошие деньги, то стоит так и делать. На данный момент продавать в ЕС оборудование для электростанций или легковые автомобили малореально, и проблема тут не в качестве и технологии. Никто не любит конкурентов, а ЕС изначально создавался с целью не пускать конкурентов в сферу машиностроения и отрасли с высокой добавочной стоимостью.

Однако любые заградительные пошлины и барьеры — это невыгодно в долгосрочной перспективе, причем обоим торгующим государствам. Выгоднее специализация, международное разделение труда. Но при этом возникает большой риск. Ведь в результате такой свободной торговли между менее развитой и более развитой экономиками менее развитые страны могут превратиться в сырьевой придаток. Примеров тому в мире много.

Правда, и примеров выхода из этой ловушки тоже достаточно. Для увеличения конкурентоспособности отечественных товаров стране необходима более эффективная политика по привлечению инвестиций в основной капитал, в основные фонды. Модернизация уже существующих предприятий и создание новых дадут увеличение производства товаров с высокой добавленной стоимостью. При этом также желательно не зацикливаться на торговле с более сильными и богатыми странами, постоянно искать альтернативы и новые рынки сбыта.

Например, по итогам 2013 г. Украина реализовала в Азию товаров почти на 17 млрд долл., почти как в ЕС. При этом, в отличие от ЕС и России, торговля со странами Азии у нас в профиците. Вот с кем действительно выгодно торговать. Дала заработать украинским экспортерам и Африка — около 5 млрд долл. При этом, если по итогам 2013 г. экспорт Украины в Россию упал почти на 14%, то экспорт Украины в Китай вырос на 35%. И ведь в Китай Украина продает не только сырье, но и машины, оборудование и даже технологии. На 3% в прошлом году вырос экспорт в Турцию, и сегодня доля этой страны в общем объеме украинского экспорта — почти 6%. Увеличился экспорт и в Египет, куда Украина продает около 4% всего своего экспорта.

Мы постоянно ведем разговоры о выборе между Россией и ЕС, в то время как реально Украина имеет больше перспектив в Китае и Турции. Вот с кем просто необходимо заключать договор о зоне свободной торговли.

Кстати, у нас вырос на 12% и экспорт в Саудовскую Аравию. Вообще, торговля со странами Ближнего Востока для Украины становится все более выгодной. Кроме того, есть еще Индия, которая миллионами тонн скупает наше подсолнечное масло, а в последнее время начала покупать и ремонтировать у нас украинские самолеты, технику и оборудование для своей энергосистемы.

Неторговые плюсы

При всей привлекательности торговли с Азией и Африкой, именно рынок Евросоюза должен стать приоритетным для Украины на ближайшие годы. Основным аргументом в пользу ЗСТ с ЕС, по мнению экспертов, является даже не экономический эффект от свободной торговли с огромным платежеспособным рынком, а структурные и институциональные изменения, которые эта торговля несёт.

В рамках договора об ассоциации с Евросоюзом предусмотрено углублённое соглашение о свободной торговле с ЕС (предполагающее не только снижение тарифов, но и снижение издержек торговли за счёт гармонизации регуляторных практик, упрощения таможенного режима и т.п.) Требования по гармонизации законодательства и административно-регуляторных практик, а также мониторинг их исполнения и техническая поддержка со стороны ЕС уже оказали огромное влияние на развитие институций (в первую очередь — административных систем и правосудия) стран Центральной и Восточной Европы. Именно благодаря этому эти страны сумели успешно провести реформы, обеспечившие большинству новых членов ЕС сегодняшние высокие темпы и стабильность экономического роста.

Согласно данным Вероники Мовчан из Института экономических исследований и политических консультаций и Рикардо Джуччи из Немецкой группы советников при правительстве Украины, в среднесрочной перспективе зона свободной торговли с ЕС увеличит общий уровень благосостояния украинцев на 4,3%, экспорт вырастет на 2,8%, импорт — на 2,6%, а реальные (с учётом инфляции) заработные платы — в среднем на 1,2%.

В долгосрочной перспективе ЗСТ с ЕС ещё более выгодна, считают эксперты. Она приведёт к росту благосостояния на 11,8%, экспорта — на 6,3%, импорта — на 5,9%, зарплат — на 5,5—5,7%, а запаса капитала (ресурсов, которые могут быть использованы в производстве товаров или оказании услуг) — на 8,1%.

Но дело ведь не столько в процентах роста благосостояния. Именно торговля с ЕС позволит украинцам уважать себя. Продавать товар искушенным европейским потребителям во много раз сложнее. Необходимы не только постоянный контроль качества и четкое соблюдение всех технологий, но и практически постоянная модернизация производства, борьба за конкурентность своей продукции с существующими и потенциальными участниками рынка, гибкая маркетинговая политика и т.д. Каждая победа на этом рынке будет не только приносить доход, но и приближать каждого предпринимателя и Украину в целом к высокоразвитой цивилизации Европы.

Артём Святненко, Зеркало недели

Хотя в последнее время доверие к экономической политике Кабинета министров и Национального банка Украины выросло, оно все еще остается очень низким. Девальвация гривни достигла угрожающего, экономически необоснованного уровня. Она уже провоцирует значительную инфляцию, которая может выйти из-под контроля и нанести еще один сокрушительный удар и по экономике Украины, и по благосостоянию ее людей.

Действия по стабилизации государственных финансов и поддержке внешней ликвидности, демонстрируемые нынче правительством, не решают главных проблем, которые порождают значительные бюджетные дисбалансы. Так, правительство не затрагивает интересы крупных финансово-промышленных групп, перекладывая основное бремя по наполнению бюджета на плечи простых украинцев, особенно путем сверхвысокой девальвации и инфляции. Как следствие, мы получим значительное снижение спроса домохозяйств, способности украинского бизнеса к инвестированию и соответствующее падение экономической активности (ВВП).

Политика и нового правительства, и нового-старого руководства НБУ все еще остается неоткрытой и непрозрачной. Поэтому громкие заявления высоких должностных лиц о валютном курсе только усиливают недоверие и провоцируют страхи и негативные ожидания. Административные действия НБУ на валютном рынке ни в коем случае не были подкреплены крайне необходимыми мерами на денежно-кредитном. А попытки обеспечить достаточную ликвидность банковской системы в этих условиях, да еще и при сохранении нескольких ставок рефинансирования, приводят только к еще большей дестабилизации валютного рынка и девальвации гривни.

В чем именно заключаются главные ошибки нового-старого руководства НБУ и какими должны быть действия Нацбанка Украины?

Главные ошибки

Первая серьезная ошибка нового руководства Национального банка заключается в том, что была допущена существенная дестабилизация валютного рынка — девальвация гривни достигла угрожающего, экономически необоснованного уровня.

По оценкам украинских аналитиков, накануне отказа Национального банка от удержания гривни практически на фиксированном уровне ее курс к доллару США был завышен приблизительно на 15% (оценка с учетом динамики роста заработной платы). Оценка, базирующаяся на индексе потребительских цен, наоборот, показывает, что гривня была даже недооценена.

Традиционно считают, что при наличии девальвационных ожиданий при переходе от фиксированного к плавающему валютному курсу возможно кратковременное дополнительное ослабление национальной валюты на 5–10% от так называемого равновесного курса с довольно быстрым возвращением к его долгосрочному тренду. Исходя из этих расчетов, при переходе к плавающему валютному курсу в условиях экономики Украины девальвация гривни должна была быть не более 10,5 грн за доллар с дальнейшим ее усилением до уровня менее 10 грн.

Именно такого развития событий и ожидали большинство украинских и иностранных экспертов, особенно с учетом успешности переговоров с МВФ и четких обязательств украинской власти по выполнению договоренностей. Впрочем, на самом деле курс гривни снизился значительно больше, достигнув в конце прошлой недели отметки в 13 грн/долл.

НБУ как государственный орган, непосредственно отвечающий за проведение монетарной политики, должен предоставлять обществу имеющуюся у него аналитическую информацию согласно лучшим международным практикам. В том числе информацию о динамике реального эффективного обменного курса (РЭОК) и его влиянии на ключевые макроэкономические показатели, прежде всего на динамику внешней торговли. Однако Нацбанк этого, к сожалению, не делает, что значительно усложняет процесс оценки влияния курса гривни на платежный баланс.

Вторая ошибка — ничто так не дестабилизирует валютный рынок, как провокационные непрофессиональные заявления высоких должностных лиц. Наверное, все помнят стабилизацию гривни в начале марта на уровне около 9,4 грн/долл. И очень громкое и результативное в наихудшем смысле заявление министра финансов, что правительство закладывает в проекте изменений в бюджет на 2014 г. курс на уровне 10 грн/долл. Не прошло и несколько дней, как курс пересек эту границу и понесся дальше.

Так же, наверное, все помнят не менее результативное заявление премьер-министра — уже в начале апреля, когда при полнейшей бездеятельности НБУ курс достиг уровня 11,5 грн/долл. Тогда премьер заявил, что такой курс плюс-минус 10% отвечает экономическим реалиям — и, опять-таки, без каких-либо объяснений и обоснований. Но самой ошеломляющей частью этого заявления было утверждение премьер-министра, что курс стабилизируется только после получения в начале мая Украиной кредита МВФ. А чтобы тот факт, что девальвация и в дальнейшем будет продолжаться, поняли даже те, кто не поверил премьер-министру, через два дня своим авторитетом ее усилил глава НБУ.

Впрочем, к сожалению, когда глава НБУ и премьер-министр заявляют, что валютный курс отражает текущее реальное состояние экономики, они говорят неправду. В любом случае, не всю правду. Так же, когда господин Кубив говорит, что на ситуацию на валютном рынке влияют спекулянты и политические обстоятельства, он снова говорит не всю правду. Ведь в первую очередь на валютный курс и на валютный рынок в целом влияют некачественная и непрозрачная монетарная политика НБУ и бюджетная политика правительства.

Необходимы кардинальные изменения

Прежде всего, это переход к качественно иной монетарной политике, а именно — к публичному определению четких целей относительно инфляции на 2014 г. и на среднесрочную перспективу; провозглашению принципов монетарной политики и немедленному использованию всех имеющихся инструментов денежно-кредитной и валютной политик на достижение цели по инфляции.

Первым и самым важным шагом на этом пути должна была стать стабилизация девальвационных ожиданий и ситуации на валютном рынке. Для этого административные действия НБУ на валютном рынке нужно было подкрепить крайне необходимыми мерами на денежно-кредитном. Речь идет о повышении учетной ставки до положительного относительно прогнозируемого уровня инфляции.

Согласно объявленной главой НБУ оценке, в 2014 г. инфляцию можно ожидать на уровне 12–16%. Таким образом, уровень учетной ставки НБУ должен быть не меньше, а возможно, и значительно больше 17% (по крайней мере, до стабилизации ситуации на валютном рынке). И вообще, учетная ставка Национального банка должна быть гибкой и превышать уровень инфляции, ожидаемый на следующие 12 месяцев.

Соответствующим образом должны быть повышены как ставки рефинансирования, так и ставки по депозитным сертификатам НБУ. При этом разрыв между ними должен быть минимальным — не более 5–6 п.п.

Кроме того, НБУ должен как можно скорее внедрить четкие правила валютной политики (на данном этапе их лучше сделать публичными, но можно и оставить во внутренней, конфиденциальной форме). Основными аспектами этой политики являются, во-первых, определение параметров операционного коридора, в рамках которого Национальным банком допускается колебание обменного курса гривни (относительно доллара США или корзины валют евро—доллар); во-вторых, определение шага перехода Нацбанком на другой уровень поддержки гривни и его стоимости для НБУ.

В этом контексте необходимо публичное заявление главы НБУ о возможности изменения курса в обоих направлениях (как в сторону девальвации, так и в сторону ревальвации) и четкое обязательство НБУ не удерживать курс гривни на фиксированном уровне в дальнейшем. Интервенции относительно покупки-продажи валюты на межбанковском валютном рынке должны проводиться НБУ только перед закрытием рынка и только по курсу, который сложился на нем в этот день.

Повышение прозрачности действий НБУ требует нескольких шагов:

— регулярного информирования общества о приоритетной цели монетарной политики (обеспечения ценовой стабильности) и мер по ее достижению;

— обнародования:

– графика заседаний правления НБУ (на которых принимаются решения по монетарной политике);

– результатов рассмотрения вопросов повестки дня;

– разъяснений обоснованности принятых решений в виде пресс-релизов, протоколов заседаний и т.п.;

– ключевых документов, являющихся основой для принятия решений НБУ (например, "Инфляционный отчет" согласно принятым центральными банками стандартам);

— внедрения практики регулярных выступлений и интервью, публикации статей руководства НБУ, встреч с представителями общества (целевыми аудиториями), проведения Нацбанком конференций и т.п.;

— разработки и принятия коммуникационной стратегии НБУ;

— создания раздела "Денежно-кредитная политика", on-line-документа по инструментам денежно-кредитной политики, а в среднесрочной перспективе — базового нормативного документа "Инструменты и процедуры монетарной политики" и разъяснительного документа "Монетарная политика Национального банка Украины".

Задача для правительства

Чтобы экономика Украины смогла ответить на текущие вызовы в валютной и денежно-кредитной сферах, действия НБУ должны быть поддержаны правительством, прежде всего в бюджетной сфере.

Правительство также не должно ограничиваться провозглашением макроэкономических целей только на 2014 г. и принятием бюджета текущего года. Тем более что шаги, уже осуществленные правительством по стабилизации государственных финансов и поддержке внешней ликвидности, не решают главных проблем, порожденных значительным бюджетным дисбалансом. Ведь не задевая интересов крупных финансово-промышленных групп, они перекладывают основное бремя изменений на плечи рядовых украинцев.

Например, при формировании изменений в государственный бюджет Украины вне внимания власти остались возможности ускоренного применения норм уже принятых решений по трансфертному ценообразованию. Или, к примеру, использование имеющейся у налоговых и таможенных органов информации для выведения на свет неформальных платежей, которые осуществлялись бизнесом (особенно крупным и средним) в пользу представителей предыдущей власти. Эти средства можно было бы прозрачным образом направить в бюджет.

Кроме того, правительство могло бы значительно уменьшить расходы на государственные закупки, значительно не уменьшая при этом физических объемов самих закупок. Мы все уже неоднократно слышали цифры откатов при предыдущей власти и заявленные намерения нового руководства страны повысить прозрачность государственных закупок и конкурентность тендерных процедур, что должно существенно уменьшить коррупцию при их проведении.

Также нынешняя власть, к сожалению, не учла и предложения по введению разового налога на активы (10–15–25%?) с одновременной их легализацией (декларированием) для действительно богатых украинцев.

Реализация этих и аналогичных предложений могла бы обеспечить значительную детенизацию украинской экономики и кардинально изменить к лучшему ряд макроэкономических параметров, в том числе и бюджетных. Но вместе с тем мы видим отсутствие кардинальных изменений в бюджете на текущий год, молчание по поводу целей и задач на последующие годы, динамики бюджетных параметров (особенно дефицита бюджета) и ключевых действий относительно их соблюдения. Все это порождает значительное недоверие ко всей экономической политике новой власти.

Но такая информация тем более важна, что сегодня есть четкое понимание: существующий в Украине уровень перераспределения ВВП через бюджет слишком большой как для страны, мечтающей о высоких и стабильных темпах экономического роста. Недавно известный экономист А.Гальчинский вновь напомнил об этом в своей публикации в ZN.UA. Вместе с тем уже существующий уровень государственного долга и стоимость его обслуживания являются высокими и крайне обременительными для страны. Это ограничивает возможности маневра для власти и служит причиной высокой стоимости заимствований для нее. А значит, и для бизнеса, и для домохозяйств.

К сожалению, сознательно или нет, но властью был выбран путь лечения всех проблем и, прежде всего, большого дефицита текущего счета платежного баланса (и сокращения потребительского спроса домохозяйств) с помощью значительной девальвации гривни и, как следствие, высокой инфляции.

Власти нужны новые профессиональные лица

Кардинальные изменения в политике требуют новых людей. Назначение нового главы НБУ и нового состава Кабинета министров, их первые публичные заявления о борьбе с коррупцией, о европейской интеграции, нацеленности на глубокие структурные реформы, восстановлении сотрудничества с МВФ и существенном усилении взаимодействия с другими международными финансовыми организациями и т.п., были положительно восприняты большинством украинского общества, иностранными инвесторами, международным сообществом. Все понимали, какое тяжелое наследие оставила нам предыдущая власть, насколько ржавчина коррупции разъела государственный механизм, насколько низка способность значительного числа государственных служащих к выработке и проведению качественно новой экономической политики.

Впрочем, прошло не так много времени, а уже дали о себе знать и традиционные недостатки бывшей оппозиции — нынешней власти. Это отсутствие и большой команды на ключевые позиции в органах власти; и стратегии действий, не говоря уже о программе и подробных планах (вряд ли кто-либо действительно считает, что тот набор задач-деклараций, который был утвержден Верховной Радой, отвечает требованиям к программе действий правительства).

Кроме того, у старой-новой команды нет навыков и знаний по анализу политики. Прежде всего оценки возможных потерь/выгоды от осуществления тех или иных мер; четкого определения общественных групп интересов и эффективной коммуникации с ними; обеспечения максимально возможной общественной поддержки принятых решений, особенно непопулярных.

К этому можно прибавить склонность к популизму, правда, теперь уже не социальному, а реформаторскому. Речь идет, например, о решении о ликвидации и разделе Министерства доходов и сборов вместо его трансформации в службу по администрированию доходов и сборов под руководством Министерства финансов, или о призывах значительно, на десятки процентов, сократить численность госслужащих, не анализируя их функций, которые остаются за государственными учреждениями.

Наконец, опять можно вспомнить и громкие публичные заявления нового руководства страны о ее возможном дефолте, реструктуризации долгов, значительных объемах необходимой внешней финансовой поддержки и т.п.

При формировании Кабинета министров не были задействованы наилучшие международные антикоррупционные практики — по декларированию не только доходов, имущества, активов, но и расходов как членов правительства, так и их родных, выявлению возможного конфликта интересов и т.п. Это же касается и дальнейших назначений — заместителей министров, руководителей государственных ведомств, учреждений и предприятий, руководителей банков, членов разнообразных наблюдательных советов.

Но отсутствие прозрачности и конкурентности при выборе новых должностных лиц порождает недоверие не только лично к ним, но и к власти в целом, ее способности провести задекларированные реформы. Поэтому, очевидно, и не удивляет такая низкая производительность первой половины первых ста дней правительства. Те положительные изменения, которые сделаны, чаще всего являются результатом наработок прошлых времен, прежде всего экспертного сообщества при поддержке ряда чиновников-реформаторов.

Конечно, весомым успехом нового правительства являются проведение переговоров с МВФ и начало выполнения предварительных мер. Хотя остается под вопросом, в какой степени подготовленный меморандум является результатом предложений и наработок украинской стороны, а в какой — требований МВФ. А также то, насколько качественны заложенные в нем меры, ведь ряд уже осуществленных шагов (новая версия государственного бюджета, введение сбора с покупки иностранной валюты, отсутствие изменений в денежно-кредитной политике) вызывают немало вопросов.

Надеемся, что правительство предоставит обществу значительно больше информации о политике, заложенной в меморандуме, еще до его утверждения советом директоров МВФ, и сделает его доступным для общественности путем размещения на сайтах Кабмина и НБУ — после утверждения руководством фонда. Также надеемся, что новая власть страны наконец даст согласие на обнародование Обзора МВФ по Украине по ст. 4 за 2013 г., который был рассмотрен советом директоров МВФ еще в декабре прошлого года. Этот обзор традиционно содержит развернутый анализ экономических процессов и экономической политики в стране (поэтому еще более странно, что новая власть до сих пор не сделала этот обзор публичным).

С учетом вышеизложенного уже не удивляет то, что после значительного уменьшения от пиковых значений страховая премия за суверенный дефолт и разница между стоимостью ценных бумаг Украины и стран новых рыночных экономик все равно остались на высоких уровнях, а одно из международных рейтинговых агентств даже снизило суверенный рейтинг Украины.

Как не удивляет и то, что напряжение на валютном рынке не снижается. Даже несмотря на такие положительные сигналы, как заседание совета директоров МВФ, запланированное на конец апреля (оно открывает возможность получения значительных объемов финансирования, а это, в свою очередь, закроет потребности Украины во внешней ликвидности).

Новая власть провозглашала, что основными критериями при формировании ее команды будут порядочность, профессионализм и патриотизм. Время, чтобы подтвердить этот тезис практическими действиями, во многом и многими уже бездарно потеряно. Сейчас Украине нужны и решительные шаги, и люди, способные их сделать.

Игорь Шумило, Зеркало недели