G-news

Вторник, 21-е Ноября 2017
06:18:00

На гербе потомственных дворян Терещенко было написано: «Стремление к общественной пользе».

 

Основателем династии принято считать Артемия Яковлевича Терещенко. Свою коммерческую деятельность он, крестьянский сын, начал в первой половине XIX века в Глухове с мелкой торговли, работая приказчиком в магазине глуховского купца. Благодаря врожденным способностям, старательности и расчетливости он вскоре открыл свое собственное дело. Сначала торговал возами, а позже открыл небольшой магазинчик.
 
Любое затеянное им дело развивалось так успешно, что в народе еще смолоду к нему приклеилось прозвище «карбованець».
 
Во время Крымской войны Артемий Яковлевич на поставках леса и хлеба для армии заработал значительный капитал, который позже удачно вложил в чрезвычайно быстро развивающуюся сахарную промышленность.
 
Терещенко с первых шагов предпринимательства занимался и благотворительной деятельностью. На средства семьи в Глухове были построены ремесленное училище, женская и мужская гимназии, учительский институт, банк, бесплатная больница св. Ефросинии, приют для сирот, Трех-Анастасьевская церковь.

 

Артемий Яковлевич стал купцом первой гильдии, а высочайшим указом от 12 мая 1870 года он, за особенные заслуги и в награду за благотворительную деятельность, был возведен со всем потомством по мужской линии в потомственное дворянство Российской империи.
 
Трое сыновей помогали отцу вести дела – Никола, Федор и Семен.
 
Никола был старшим сыном Артемия Яковлевича. Рожден был в Глухове 14 октября 1819 года. Родителю едва исполнилось 25 лет, и он еще не имел возможности помочь своему сыну получить престижное образование. Никола закончил только глуховское городское училище, но незаурядные способности и острый ум помогли ему устранить пробелы провинциального просвещения.
 
В юности Никола занимался тем, что на волах возил хлеб в Крым, а из Крыма привозил соль и рыбу. Благодаря этому он очень быстро стал в Глухове главным заготовителем хлеба и продавцом соли и рыбы.
 
Никола Артемиевич вложил в это дело много сил и умения, что помогло ему достаточно быстро увеличить свой капитал. Бытовала легенда, что Терещенки в 1850 годах нашли огромный золотой клад. И лишь потому сказочно быстро разбогатели.
Конечно же, сомнений нет, сокровище найдено было.

 
Рачительная, хваткая, предприимчивая, дружная и трудолюбивая семья сумела извлечь большую выгоду и пользу из реформы 1861 года.
Терещенко смогли вовремя понять и оценить ситуацию, умело воспользовались тем, что в новых условиях большинство помещиков не смогли сориентироваться, как правильно вести хозяйство, чтобы оно приносило прибыль. Приложили ум, сметку и руки. И, как результат, уже в 1870 году в руках клана сосредоточилось более 10 сахарных заводов. Среди них сахарные заводы князя Барятинского - в Крупци и Шалыгине, помещика Левшина - в городке Воронеже, Кочубея – на Михайловском Хуторе и другие заводы, расположенные вокруг Глухова.
Конечно же это клад был найден.
 
Никола Артемиевич был очень занят управлением заводов и торговлей, но и общественной деятельностью занимался самозабвенно, что для семьи Терещено было традиционно. В 1851 году Никола Артемиевич был избран старшим бургомистром Глухова и занимал эту должность на протяжении 9 лет, а затем на протяжении 14 лет занимал пост городского головы. Одновременно он исполняет обязанности главного губернатора земского собрания, члена земской управы Глухова, почетного мирового судьи. Н.А.Терещенко более 20-ти лет стоял во главе глуховского самоуправления, что являлось свидетельством всеобщего уважения земляков к его деятельности. Кроме общественной деятельности Никола Артемиевич особое внимание уделял благотворительным делам – помощь детским приютам, городской больнице и даже заключенным, возглавляя местное отделение попечения о тюрьмах.
 
Накопление капитала не было самоцелью, этот капитал шел на полезные дела – усовершенствование производства и создания условий для эффективной работы сахарных заводов.
 
Плодотворная практическая деятельность Николы Артемиевича и его братьев в земском управлении, в просветительском движении и благотворительности дала основание поставить в фамильном гербе Терещенко девиз: «Стремление к общественным делам».

В 1870 году Артемий Яковлевич дает сыновьям полную свободу действий и они основывают «Товарищество свеклосахарных и рафинадных заводов братьев Терещенко» с первоначальным капиталом в три млн. руб. В этом же году на всероссийской выставке это Товарищество было удостоено серебряной медали «За очень хороший сахарный песок и хороший мягкий рафинад при значительном производстве». Со временем годовой объём Товарищества превысил 12 млн. руб., а делами управляло 14 контор в разных городах Российской империи.
 
Не все имения и заводы были объединены Товариществом. Часть из них оставалась в единоличном владении каждого из братьев.
 
Николе Артемиевичу принадлежало около 80 тысяч десятин земли, 5 сахарных и рафинадных заводов, винокурни, паровые и водяные мельницы, которые были расположены в Черниговской, Киевской, Волынской, Харьковской, Подольской, Курской и Тульской губерниях.
 
Много сделала семья Терещенко для своего родного города Глухова. В общей сложности на нужды города ими было потрачено более полутора миллионов рублей.
 
В 1870 году Н.А.Терещенко переезжает на жительство в Москву. В Москве он прожил до 1875 года. Его все время тянуло на Украину и в 1875 году он принимает решение переехать в Киев. Многие причины способствовали этому решению. Удивительная красота города на Днепре, его прославленные исторические святыни, близость к родным местам, а самое главное – возрастающий экономический вес Киева, который со строительством железной дороги и открытием биржи превратился в настоящую «сахарную столицу».

 

Никола Артемьевич с семьей поселился в Киеве будучи уже известным человеком, достигшим богатства и уважения, чинов и наград. Казалось бы, можно было спокойно пожинать плоды своей деятельности. Он купил дворец князя П.П.Демидова — Сан-Донато — в одном из лучших районов города. Но отдыхать не собирался. Терещенко живо интересуется городскими делами и отдает свои силы и средства на процветание Киева.
 
В 1881 году открывается училище для слепых, единственное на то время заведение в России. В этом же году Никола Артемиевич выделяет 23 тыс.руб. на строительство Мариинского детского приюта на углу улиц Паньковской и Никольско-Ботанической ( в настоящее время НИИ психологии).
 
В 1885 году Н.А.Терещенко решает выделить 60 тыс. руб. на строительство ночлежного дома по улице Бассейной,16, рассчитанного приютить до 500 человек, нуждающихся в крове. В зимние морозные дни в этом доме размещали и до 600 человек. Содержание этого заведения обходилось Терещенко еще в более чем 60 тыс. руб. ежегодно. В советские времена на протяжении нескольких десятилетий в этом доме находился родильный дом, в котором на свет появились тысячи киевлян. Этот 111-летний дом был еще достаточно крепким сооружением и длительное время мог бы еще служить примером для подражания, памятником благотворительности и милосердия. Но был снесен в течение двух дней в июне 1996 года при реконструкции улицы Бассейной.
 
На средства, выделяемые Николой Артемиевичем, были построены 4-я гимназия (ныне Транспортная академия), 5-я гимназия по Большой Васильковской, приют-училище для глухонемых на Мало-Дорогожицкой улице, колония для малолетних преступников, женская гимназия на Покровской улице, школа при Борисоглебской церкви, Троицкий народный дом ( в настоящее время там находится театр оперетты), дом трудолюбия по Гоголевской улице, Покровская церковь на Соломенке, собор св. Николая в Покровском монастыре. Значительные средства он выделил на строительство Владимирского собора, был одним из инвесторов строительства в Киеве Политехнического института, перечислив в фонд строительства около 150 тыс. руб. Занимаясь делами Общества распространения коммерческого образования, председателем которого он был с 30 июня 1896 года, Никола Артемиевич огромное внимание уделял роли образования. Он задумал учредить образцовое городское училище и выделил для этого 150 тыс. руб., однако этих средств хватило только лишь на строительные работы. Сын Николы Артемиевича Александр Николович выделил еще 220 тыс. руб. 100 тыс. руб. из них были потрачены на покупку земельного участка под строительство и 120 тыс. руб. - на содержание. В здании разместилось два училища - мужское и женское.

 

Здание и в настоящее время украшает Львовскую площадь Киева. Это Театральный институт им. И.К.Карпенко-Карого. На Подоле по инициативе и на средства (около 330 тыс руб.) Н.А.Терещенко построена мужская торговая школа. С 1899 года здесь же начинает работать и первая в России женская торговая школа имени Терещенко.
 
Никола Артемиевич был большим знатоком и ценителем искусства. Собирать свою художественную коллекцию он начал еще в Глухове. В этом ему содействовали брат Федор, сыны Иван и Александр, дочери Варвара и Ольга – знающие коллекционеры, ценители и меценаты.

 

Благодаря им и до настоящего времени Киев демонстрирует посетителям ценнейшие собрания четырёх государственных музеев – Т.Г.Шевченко, русского искусства, восточного и западного искусства, которые находятся в домах, принадлежащих ранее семье Терещенко, и Национального музея, построенного при их участии.
 
Семья Терещенко – Никола и Федор Артемиевичи и Иван Николович – стала серьёзным конкурентом знаменитого московского коллекционера Третьякова. Для Киевского художественно-промышленного и научного музея (такое первоначальное название Национального музея) Никола Артемиевич приобрел большую коллекцию из раскопок В.В.Хвойки, заказал 34 портрета украинских гетманов и других исторических личностей. В его коллекции почетное место занимали картины выдающихся мастеров русской живописи И.Крамского, В.Верещагина, В.Перова, И.Репина, В.Поленова, В. и А.Васнецовых, И.Айвазовского. Достаточно большая экспозиция была представлена полотнами украинских живописцев – Н.Пимоненко, Н.Кузнецова, С.Костенко, С.Светославского, К.Трутовского и других. Никола Артемиевич хотел сделать свою коллекцию достоянием всех любителей живописи, но современники не поняли и не оценили его намерений.
 
В 1878 году Никола Артемиевич получил звание статского советника и был принят на службу по ведомству Императорского человеколюбивого общества. Но все то, что он сделал для общества, Никола Артемиевич делал не по должности, а по велению души.
 
В общей сложности, за всю свою жизнь Н.А.Терещенко пожертвовал на общественные нужды около пяти миллионов рублей золотом и почти половину из них – Киеву. Эта сумма была действительно огромной. Для сравнения порядок цен к концу девятнадцатого столетия: 10 яиц - 15коп; курица - 40 коп; фунт масла – 30 коп; фунт говядины – 8 коп; средний поросенок к столу – 1,5 руб; пуд сахара-рафинада – 5 руб; корова – 40 руб; мужское пальто – 11 руб; часы наручные – 10 руб; конь -100 руб.
 
Но за сто рублей на ярмарке можно было купить лишь хорошую рабочую лошадь. Таких в распоряжении клана были многие сотни голов. Практически все огромное хозяйство обеспечивалось рабочей конной тягловой силой. И требовалось постоянное пополнение и обновление поголовья. Например, лишь в одном имении — Андрушовском, оно состояло из 13 экономий и восьми ферм, располагалось на стыке Волынской, Житомирской и Киевской губерний, тягловую силу составляли 1253 вола и 564 лошади общей стоимостью около 132 590 рублей. Терещенко же знали толк и в выездных парадных лошадях. У них был свой штат конюхов, богатые конюшни, отличные экипажи. Семья владела великолепным конным выездом, одним из лучших в империи. Никола Артемиевич заботился и о том, чтобы его дочери с детства были привлечены к управлению огромным хозяйством. Каждому ребенку был приписан в управление завод – следовало знать, как зарабатываются терещенковские миллионы. Девочки посещали предприятия, писали отчеты. Отец следил за тем, чтобы образование и развитие Варвары и Ольги не было однобоким, оторванным от практики. Не балуя детей роскошью, он поощрял инициативу и старательность. Сам выбирал и дарил детям породистых лошадей, учил обходиться с ними, держаться в седле, фотографировал на память. Редкостная удача сохранила в семейном архиве поистине уникальные негативы запечатленных мгновений быта семьи Терещенко. И в частности портреты их любимых лошадей.
 
Известные коневладельцы, коннозаводчики Киева того периода, такие как Леонид Родзянко, к примеру, владелец конного завода и знаменитой кобылы Ракеты, выигрывавшей престижнейшие Лондонские скачки, стремились предоставить семье Терещенко на выбор именно собственных лошадей. Были среди коней и любимцы Николы Артемиевича. Белоснежной тройкой орловских рысаков запрягали выезд всякий год на Масленицу. И любовался Киев грациозными твореньями природы и заслушивался звонким цокотом копыт и мелодичным перезвоном серебряных колокольцев.
 
Некоторых своих лошадей Никола Артемиевич запечатлел собственноручно приобретенным в Германии фотографическим аппаратом. Сам делал отпечатки и вставлял в парадные альбомы с золотыми тиснеными надписями. Чуткость к новшествам подкрепленная финансовыми возможностями позволяла Терещенко быть примером для киевлян в обустройстве конного выезда, установке телефонического аппарата, увлечении фотографированием, приобретении первых автомобилей. При этом и на заботы города распространялось – установка электрического освещения центральных улиц, прокладка новых канализационных коллекторов, оснащение первых маршрутов электрического трамвая, телефонизация не обходились без поддержки семьи Терещенко.
 
Благотворительная и общественная деятельность Николы Атремиевича не прошла незамеченной среди современников. Большинство из них ценило и восхищалось его деятельностью. В последние годы жизни он получил ранг тайного советника, что соответствовало воинскому званию генерал-лейтенанта. В 1892 году Н.А.Терещенко было присвоено звание почетного гражданина г. Киева, на благо которого он трудился почти 30 лет, а по случаю его 80-летия ул. Алексеевская была переименована в Терещенковскую.
 
14 октября 1899 года отмечалось не только 80-летие со дня рождения Николы Артемиевича, но 50-летие его государственной службы. Сотни приветственных телеграмм, более 150 делегаций от городских властей, общественных комитетов, учащихся и преподавателей учебных заведений, рабочих и служащих сахарных заводов принял юбиляр. К этому времени он был награжден орденами Белого Орла и французского Почетного легиона, Владимира 2-ой и 3-ей степени, Анны 1-ой степени, Станислава 1-ой и 3-ей степени.
 
Всего, чего достиг Н.А.Терещенко за всю свою жизнь – капитал и положение в обществе – было результатом его необыкновенной энергии, твердого характера, огромной работоспособности. Клад был найден и использован с толком.
 
В любое дело, которым ему приходилось заниматься, он вкладывал частицу своей души. Даже завещанием он распорядился мудро, чтобы оно еще долго служило киевлянам. Всех, кому Н.А.Терещенко помогал в жизни, он не забыл и в завещании. Когда Никола Артемиевич хотел кому-то из знакомых, попавших в стесненные обстоятельства, помочь, он писал им: « Милостивый государь, не откажите мне в любезности выполнить мою просьбу – принять от меня эту сумму денег, которая, возможно, поможет Вам выйти из этого затруднительного положения, в которое Вы сегодня, волею судьбы, попали».
 
Современным предпринимателям есть у кого учиться, с кого брать пример. Но богатства мало – необходима щедрая, небезразличная душа, готовая к милосердию, способная ощущать чужую боль как свою собственную.
 
19 января 1903 года на 84 году жизни Никола Артемиевич Терещенко тихо отошел в мир иной. Два дня Киев прощался с человеком, который так много для него сделал. Гроб в окружении более 100 венков, среди которых было много серебряных, пронесли на руках от Владимирского собора к его дому на Бибиковском бульваре,34, а потом повезли на вокзал. 21 января 1903 года Н.А.Терещенко был похоронен в родном Глухове в воздвигнутой им Трёх-Анастасьевской церкви рядом с родителями, братом Федором и женой Пелагией Георгиевной. Благодарные глуховчане в 1909 году воздвигли своему знаменитому земляку бронзовый памятник, который был создан скульптором Н.А.Андреевым. Н.А.Терещенко сидел на кресле с высокой спинкой в спокойной позе мудрого человека. В годы революции памятник был снят с пьедестала и разбит. В это же время вытащили и гроб, но прах не тронули, убедившись, что золота и драгоценностей там нет.
 
Артемий Яковлевич Терещенко начинал с деревянной тележки. Его старший сын был простым чумаком — на телеге возил из Крыма соль и рыбу. А затем взялся собирать картины. Как и его брат Федор. А уже сын Николая - Иван стал по-настоящему страстным коллекционером живописи, известным на всю Российскую империю. Ивана Николаевича Терещенко ревниво побаивался сам Третьяков, уверяя: ”Если Терещенко увидит что-то в небе, то будет торговаться до слез — и все же купит!”.
 
Сын Федора Артемовича Терещенко — тоже Федор — стал известным авиаконструктором. Он учился вместе со знаменитым Игорем Сикорским, творцом вертолетов, и сам создал несколько моделей самолетов. Они так и именовались — ”Терещенко” и даже были запущены в серийное производство для российской армии в начале Первой мировой войны.
 
А сын Ивана — Михаил тоже с лихвой заплатил за то, что отец слишком любил торговаться за нарисованные небеса.
 
Он родился в Киеве, в ”Терещенковскому квартале”, нынешний бульвар Шевченко. В 1903 году умерли его дед и отец, и 17-летний Михаил стал наследником огромного богатства. Но в Киеве он почти не жил и не оставил здесь ”недвижимости”. Однако именно Михаил подарил Киеву нечто совершенно небесное.
 
В 1912 году Петербург, наконец, после многочисленных ходатайств, позволил Киеву открыть собственную консерваторию. Но при условии: средства найдете сами. И деньги дал Михаил Терещенко. Благодаря ему в Киеве появился ”музыкальный квартал” — между нынешней Прорезной и Музыкальным переулком (теперь — Гринченко). Тот квартал был взорван советскими радиоминами осенью 1941 года.
 
Но музыка — осталась. А Михаил, между тем, в Петербурге занимался делами для Терещенко весьма экзотическими, далекими от бизнеса. Он был секретарем директора императорских театров Теляковского, намеревался выучиться театральному делу у Станиславского. А еще учредил издательство ”Сирин”, дружил с Блоком, ударялся в мистику и даже якобы в масонство.
 
Потом началась мировая война, революция.
 
И Михаил Терещенко, эстет, далекий от политики, был назначен министром финансов Временного правительства. Самый молодой министр. Газеты называли его ”нашим самым молчаливым министром”. Они с Керенским осенью 1917-го приезжали в Украину — уговаривать Центральную Раду не отделять Украину от России. Политическая деятельность Терещенко закончилась так же неожиданно, как и началась. Он был арестован в Зимнем дворце и заключен в Петропавловскую крепость. Благодаря хлопотам матери Елизаветы Михайловны и жены-француженки Маргарет Ноэ, Михаил Иванович был выкуплен из заключения с условием, что немедленно покинет Россию.

 

Сначала семья Терещенко уезжает в Финляндию, потом в Норвегию.

 
В эмиграции Терещенко показал, что достойно унаследовал таланты рода. Не политика и не искусство стали сферой приложения его творческих способностей. Михаил Терещенко предложил свои услуги шведской финансовой группе ”Валенберг”, которая резко пошла в гору. Сотрудничал с норвежской фирмой ”Мадаль”, владевшей, между прочим, плантациями в Мозамбике. Во время мирового кризиса 30-х годов он уже уверенно стоял на ногах, в частности, тесно работал с венским банком одного из Ротшильдов. Деловая Европа называла Терещенко финансовым гением. Приехав за границу без копейки денег, уже через пару лет Терещенко становится обладателем солидного капитала. Он действительно был финансовым гением, из своей работоспособности и знаний умел извлекать максимальный результат. Своей всесторонней образованностью, приветливостью, внешним лоском и внутренней красотой он покорял всех – ему многое удавалось. М.И.Терещенко умудрялся создавать приюты для своих обездоленных соотечественников, оказывал значительную материальную помощь для их благоустройства, а они даже не догадывались, кто это делает. Это он, внук Николы Терещенко способствовал созданию того финансово-экономического феномена, что получил название «шведского экономического чуда».
 
Наследственные отечественные предпринимательские качества Терещенко оказались непригодными и неприемлемыми лишь для Украины…
 
Упокоился Михаил Иванович Терещенко в 1956 году, 1 апреля в Монте-Карло.





Термен Лев СергеевичЛе́в Серге́евич Терме́н (15 (28) августа 1896, Санкт-Петербург — 3 ноября 1993, Москва) — русский изобретатель, создатель оригинального музыкального инструмента — терменвокса (1920). Лауреат Сталинской премии I степени.

 

Лев Термен родился в дворянской православной семье с еврейскими и французскими корнями (по-французски родовая фамилия писалась как Theremin). Мать — Евгения Антоновна и отец — известный юрист Сергей Эмильевич. Лев Термен умер в 93 году в нищете и в безвестности, затравленный соседями в коммуналке в Москве.
 

Самое широко известное его изобретение – терменвокс, который понравился Ленину.
 
Игра на терменвоксе заключается в изменении музыкантом расстояния от его рук до антенн инструмента, за счет чего изменяется емкость колебательного контура и, как следствие, частота звука. Вертикальная прямая антенна отвечает за тон звука, горизонтальная подковообразная – за его громкость. Для игры на терменвоксе необходимо обладать идеальным слухом, так как во время игры музыкант не касается инструмента. Но не только.

 

Он изобрел:
 
1. Группу электромузыкальных инструментов:
 
-– терменвокс
 
-– ритмикон
 
-– терпситон
 
2. Охранную сигнализацию
 
3. Уникальную систему подслушивания «Буран»
 
4. Первую в мире телевизионную установку -– дальновидение

работал над:
 

-– системой распознавания речи
 
-– технологией заморозки человека
 
-– идентификацией голоса в криминалистике
 
-– военной гидроакусткой.

 

Уже в 26 году он демонстрировал в Кремле телевидение. В то время создавались телевизоры с экранами размером со спичечный коробок, а его телевизор имел огромный экран (1,5 х 1,5 м) и разрешение 100 строк. В 1927 г. ученый демонстрировал свою установку советским военачальникам К.Е. Ворошилову, И.В. Тухачевскому и СМ. Буденному: государственные умы с ужасом наблюдали на экране Сталина, идущего по кремлевскому двору. Эта картина так их напугала, что изобретение тут же засекретили… и благополучно похоронили в архивах, а телевидение вскоре изобрели американцы.
 

Термен сразил мировую научную общественность своим терменвоксом, на котором он сам (а он помимо физики еще закончил консерваторию) давал концерты классической музыки. «Небесная музыка», «голоса ангелов» -– стонала от восторга буржуазная пресса. СССР получил заказы от нескольких фирм на изготовление 2000 терменвоксов с тем условием, что Термен приедет в Америку курировать работы.
 
Но вместо одного задания Лев Сергеевич получил два: одно от наркома просвещения Луначарского и второе – от военного ведомства.

Концерты Термена прошли в Чикаго, Детройте, Филадельфии, Кливленде, Бостоне. В его студии бывали Джордж Гершвин, Морис Равель, Иегуди Менухин, Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн. В круг его знакомых входили финансовый магнат Джон Рокфеллер, будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр.
 
Лев Сергеевич музицировал с Альбертом Эйнштейном! Это был дуэт скрипки и терменвокса. Эйнштейн был увлечен идеей соединить музыку и пространственные образы. А Термен придумал, как это сделать: изобрел светомузыкальный инструмент ритмикон.

 

Разразившаяся на рубеже 30-х годов «великая депрессия» разорила многих. Но не Термена: у изобретательного ученого был еще один козырь – охранная сигнализация. Датчики Термена отрывали с руками. Их установили даже в тюрьме Синг-Синг и в форте Нокс, где хранился американский золотой запас. Тысячи американцев с энтузиазмом принялись учиться игре на терменвоксе, и корпорации «Дженерал электрик» и RCA (Radio Corporation of America) купили лицензии на право его производства. Термен к середине 30-х годов был включен в список двадцати пяти знаменитостей мира и был членом клуба миллионеров.

 
В процессе концертирования он увлекся Лавинией Вильямс и женился на ней. Увы, она была темнокожей, и по тем временам такой брак считался неприличием. Расисты Америки закрыли перед ним двери своих салонов… Политкорректность тогда еще не придумали.
 

Возможно, Термену любовь прекрасной Лавинии была дороже, чем общение с Рокфеллерами. Но…

 
Помимо концертов и контрактов на терменвокс он еще выполнял то самое второе задание: занимался шпионажем в пользу СССР. Женитьба на мулатке лишила его информаторов. А это вызвало гнев советской разведки. Он был срочно вызван в СССР, а Лавиния должна была приехать вслед за ним. Когда за ним пришли, у нее сложилось впечатление, что его увели насильно, но кто б ее стал слушать.

 
Больше они не виделись. Никогда.

 
В Москве его арестовали как «невозвращенца», и через месяц умелой обработки социалистической законностью на Лубянке Лев Термен признался во всем. Например, в том, что:

 

вместе с группой астрономов он планировал убийство Кирова. Версия была такая: Киров (который к тому времени был уже давно мертв!) собирался посетить Пулковскую обсерваторию. Астрономы заложили фугас в маятник Фуко. А Термен радиосигналом из США (!!!) должен был взорвать его, как только Киров подойдет к маятнику (!) .

 
Следователя не смутило даже то, что маятник Фуко находится не в Пулково, а в Казанском соборе.
Льву Сергеевичу дали восемь лет и отправили на Колыму.

 

В лагере он немедленно изобрел самоходную тачку на монорельсе, и его вскоре забрали в так называемую «шарашку» Туполева, где у него в ассистентах был Сергей Павлович Королёв. Началась война, и он разработал оборудование для радиоуправления беспилотными самолетами и радиобуи для военно-морских операций.
 

Но не только. Еще Термен в этой шарашке разработал знаменитую систему подслушивания «Буран». Говорят, она до сих пор используется. Венцом этого творения стало деревянное панно, которое американскому послу подарили советские пионеры. Панно повесили в кабинете посла, и… вскоре стали искать, откуда происходит колоссальная утечка информации. Только семь (!) лет спустя в этом панно обнаружили цилиндр с мембраной.
 
Еще полтора года инженеры американской разведки бились над загадкой – что это такое?..
А оказалось, что из дома напротив на окно кабинета направлялся луч, а мембрана, колебавшаяся в такт речи, отражала его назад. Вместе с речью, которая и записывалась.
 
В дальнейшем Термен еще улучшил изобретение: можно было обходиться даже без мембраны, ее роль выполняло оконное стекло. Советские власти так обрадовались этому полезному изобретению, что наградили Термена Сталинской премией 1 степени прямо в тюрьме. А потом даже и выпустили, что было просто выдающимся актом гуманизма и торжества столь милой некоторым социалистической законности.

 

В 1947 году Лев Термен женился на Марии Гущиной, а в 1948 году у них рождаются две дочери — Наталья Термен и Елена Термен.

 

В 60-е годы Л. Термен снова хотел было заняться электронной музыкой, но какое-то партийно-гебешное мурло просто плюнуло ему в глаза, указав, что «электричество существует, чтобы казнить предателей, а не для того, чтобы создавать музыку». Вот такие мыслители решали судьбу науки в стране вообще и гениального изобретателя Термена – в частности.

 
Конечно, он оставался сугубо засекреченным и продолжал работать на разведку, потому что больше никуда его на работу не брали. Сначала занимался военной гидроакустикой, а потом ему поручили разработать «устройство для поиска летающих тарелок». Такой идиотизм его совершенно не вдохновлял, и в 64 году он наконец ушел из органов и стал тихо-мирно работать в акустической лаборатории Московской консерватории. Да так бы и работал, если бы корреспонденту «Нью-Йорк Таймс» не приспичило сделать о консерватории репортаж. И там корреспондент наткнулся на Льва Термена. Весь мир был уверен, что он погиб в 38 году, смолотый мясорубкой миллионных репрессий.
 

Когда в США узнали, что великий Термен жив – это была бомба. Сенсация. Ахтунг. Абзац.
 
Научная общественность Америки и Европы буквально взревела.

К Термену хлынула лавина писем от ученых, коллег, к нему толпой ломились репортеры и телекомпании… Его приглашали в Стэнфорд, в Париж, в Голландию, в Швецию…
 

Руководство консерватории так перетрусило от всего этого, что… Термена просто уволили, а его аппаратуру и разработки – вышвырнули на помойку. А разрабатывал он синтезатор, который вскоре успешно и разработала японская Ямаха , заработав на этом миллионы и миллионы…

 
И последующие 25 лет великий ученый, по таланту не уступавший наверное самому Леонардо, легендарный изобретатель, которого хвалил Ленин и уважал Эйнштейн – работал механиком 6 разряда в какой-то заштатной лаборатории. Жил с семьей в двухкомнатной квартире, смотрел, наверное, телевизор – который ему не дали изобрести -, а по телевизору концерты рок-звезд на синтезаторах Ямаха.

 
Дочери выросли, завели свои семьи, и в маленькой двухкомнатной квартире на Ленинском проспекте жили пятеро – Л. С. Термен, дочь Наталья с мужем и двумя детьми. С большим трудом ему удалось получить еще одну комнату в клопиной коммуналке, где его и затравили соседи.

 

В марте 1991 года, в возрасте 95 лет, он вступил в КПСС. На вопрос, зачем он вступает в разваливающуюся партию, Термен отвечал: «Я обещал Ленину».

До самой смерти Лев Термен был полон энергии и даже шутил, что он бессмертен. В доказательство он предлагал прочитать свою фамилию наоборот: «Термен — не мрёт».

 

По материалам Википедии и http://community.livejournal.com/chtoby_pomnili/478952.html

Вячеслав Васильевич Тихонов родился 8 февраля 1928 года в городе Павловский Посад Московской области. Отец – Тихонов Василий Романович, работал механиком на ткацкой фабрике. Мать – Тихонова Валентина Вячеславовна, была воспитателем в детском саду.

 
Вячеслав Тихонов рос среди рабочей молодежи и делал все, что делали мальчишки тех лет, большую часть времени проводя на улице. Когда в 1941 году в школе, где учился Тихонов, разместился военный госпиталь, отец сказал: «Надо обретать профессию, а не на улице болтаться!» – и определил сына в ремесленное училище. После окончания училища Вячеслав работал токарем на военном заводе. Вечерами после работы он бегал с друзьями в кинотеатр «Вулкан»: кино привозили не часто, и компания жадно смотрела героические картины. Любимые герои: Чапаев – Борис Бабочкин, Александр Невский – Николай Черкасов и, конечно, тогдашние всеобщие кумиры – Михаил Жаров и Петр Алейников. «Это люди, которые завораживали и в итоге потащили меня в искусство», – говорит Вячеслав Васильевич.
 
Мама хотела, чтобы Слава шел в сельскохозяйственную академию, отец видел своего сына инженером-механиком, а сам Слава Тихонов мечтал о кино. В 1944 году Вячеслав поступил на нулевой курс Автомеханического института. Но ближе к 1945 году у него возникла идея попытать счастье во ВГИКе. Там его сначала не приняли. Но в дело вмешался случай. Уже после завершения вступительных экзаменов вгиковский профессор Б.В. Бибиков зачислил Тихонова к себе на курс.
 
В 1950 году Вячеслав Васильевич с отличием окончил ВГИК, мастерскую выдающихся педагогов Б.В. Бибикова и О.И. Пыжовой. В годы учебы в институте состоялся его актерский дебют в фильме Сергея Аполлинариевича Герасимова «Молодая гвардия» (1948); В.В. Тихонов сыграл роль Володи Осьмухина. Съемки этого фильма были исключительным явлением для советского кино 1940-х годов: тщательный подготовительный период, «врастание» актеров в своих персонажей (за время проживания в местах, описанных в романе А.А. Фадеева), многоплановая разработка характеров, доскональное воссоздание среды. Фильм дал творческий импульс не только В.В. Тихонову, но и целой плеяде молодых талантливых актеров: Нонне Мордюковой, Инне Макаровой, Сергею Гурзо, Евгению Моргунову, Виктору Хохрякову, Кларе Лучко, Сергею Бондарчуку, Людмиле Шагаловой, Георгию Юматову, Виктору Авдюшко, Тамаре Носовой, Музе Крепкогорской (в эпизодической роли мелькнула также начинающий ассистент режиссера Татьяна Лиознова). Больше половины этих молодых исполнителей снимались впервые в жизни. Таким образом, фильм «Молодая гвардия» можно назвать блестящим дебютом целого послевоенного поколения отечественных актеров; какие бы роли они ни исполняли впоследствии, их внутренняя творческая общность всегда оставалась явственно ощутимой.
 
Между тем Вячеслав Васильевич, в отличие от большинства актеров-«молодогвардейцев», после 1948 года почти 10 лет не получал в кино интересных ролей. Режиссеры использовали главным образом его внешние данные, не стремясь выявить актерский потенциал. Ситуация выглядела явно парадоксально еще и потому, что актер не стал звездой, хотя для этого имелись все предпосылки.
 
Но было бы ошибкой считать эти годы потерянными для формирования актерской индивидуальности Вячеслава Васильевича: он успел заявить о своем даровании, сыграв Медведя в спектакле «Обыкновенное чудо», поставленном Эрастом Павловичем Гариным в Театре-студии киноактера (В.В. Тихонов работал там с 1950 года).
 
В 1957 году в судьбе Вячеслава Васильевича наступил долгожданный перелом: на киноэкраны вышел фильм С.И. Ростоцкого «Дело было в Пенькове». Роль тракториста Матвея Морозова принесла актеру зрительское признание, а главное – обнаружила его востребованность в качестве исполнителя, наделявшего своих героев новым для кино тех лет свойством: тихим, неприметным романтизмом в обыденной, как будто бесконечной (и при этом все-таки преходящей) повседневности. Казалось бы, на экране это могло легко обернуться фальшью (тем более, что облик актера определенно не вязался с ролью тракториста) – однако зрители приняли Матвея Морозова. Они, похоже, почувствовали, что истинная драма героя заключалась не в его несчастливой любви, а в его внутреннем несоответствии предлагаемым обстоятельствам. Ведь Матвей Морозов, в конечном счете, оказывался не «бытовым» персонажем, а (до некоторой степени даже условным) романтиком-мечтателем. Это было даже подчеркнуто в сцене «видений» героя, когда ему грезились фантастические трактора будущего. Иными словами, зрители обнаружили, что тихоновский герой не совсем таков, каким кажется поначалу: он интереснее, умнее и сложнее, чем клишированный во многих фильмах «простой советский человек».
 
Так Вячеслав Васильевич обрел свою актерскую тему, так началось его многолетнее творческое содружество с С.И. Ростоцким.
 
В своем следующем фильме – «Чрезвычайное происшествие» (1958, режиссер Виктор Ивченко) актер сыграл одесского матроса Виктора Райского, веселого и вроде бы бесшабашного парня, который становится настоящим героем в стане захвативших танкер чанкайшистов. Тихонов вновь «обманул» зрителей (не ожидавших от Райского таких подвигов) и сумел провести врагов, поверивших в обманчивую простоту героя. И если для врагов это качество персонажа обернулось – пускай и неполным – провалом их планов, то для зрителей надежный, сознающий собственную силу моряк стал «своим человеком», которому можно безоговорочно доверять. Неудивительно, что фильм стал чемпионом проката 1959 года.
 
После кинокартин «Дело было в Пенькове» и «Чрезвычайное происшествие» в Тихонова поверили и режиссеры. Вячеслав Васильевич за короткий срок сыграл шесть значительных, разноплановых ролей в фильмах: С.И. Ростоцкого «Майские звезды» (1959) и «На семи ветрах» (1962), Е.И. Ташкова – «Жажда» (1959), М.А. Швейцера – «Мичман Панин» (1960), Л.Д. Лукова – «Две жизни» (1961), С.И. Самсонова – «Оптимистическая трагедия» (1963).
 
Действие первых трех фильмов происходило в годы Великой Отечественной войны; таким образом, у Тихонова появилась возможность более выпукло показать героизм, романтичность и благородство своих героев. Особенно удачной была роль Безбородько в фильме «Жажда», в которой актер отчасти предвосхитил своего Исаева – Штирлица. Более того, именно эта роль показала, что в отечественном кино появился новый талантливый актер, который способен даже манерой носить форменную одежду охарактеризовать героя. И Тихонов, развивая успех, сыграл героев уже из более отдаленного прошлого, из пред- и послереволюционных лет. И мичмана Панина (в фильме Швейцера), и князя Сергея Нащокина (в «Двух жизнях»), и Алексея (в «Оптимистической трагедии») объединяло то, что все эти персонажи были органически присущи актерской природе Тихонова, работали на развитие его внутренней темы. Мичману Панину удалось осуществить блестящую операцию по освобождению заключенных из Кронштадтской крепости, а затем – обмануть своих противников в России. Князь Нащокин, напротив, не вводил в заблуждение никого, кроме самого себя, и поэтому оказывался проигравшим… Наконец, Алексей порывал с анархистами потому, что был умнее и глубже их, и показывал окружающим, что он не стал «положительным» героем по мановению волшебной палочки, а был таким изначально.
 
Во второй половине 1960-х годов Вячеслав Васильевич сделал большой шаг к вершинам актерской карьеры: он сыграл роль Андрея Болконского в эпопее Сергея Федоровича Бондарчука «Война и мир» (1965–1967). Эта роль потребовала от актера полной самоотдачи, и Тихонов, подобно всем участникам съемок, работал с неимоверным напряжением сил. Тем не менее работа Вячеслава Васильевича была прохладно принята критикой (зрители рассудили иначе), да и сам режиссер остался ею как будто не вполне удовлетворен. Однако время, прошедшее после выпуска фильма на экраны, сделало очевидной правоту актера. Стало заметно, что Болконский Тихонова не только опережает свое время, но и… отстает от него, поскольку является в глубине души неиспорченным идеалистом. Он, скорее, принадлежит не описанной Толстым эпохе, а всем временам сразу. Стало быть, если не требовать от актера невозможного, такую трактовку следует признать, по меньшей мере, убедительной.
 
После столь сложной и изнурительной роли Вячеслав Васильевич блестяще сыграл учителя Мельникова в фильме С.И. Ростоцкого «Доживем до понедельника» (1969). Мельников стал идеальным героем (в лучшем смысле этого слова), и даже – образцом для подражания. За эту работу В.В. Тихонову в 1970 году была присуждена Государственная премия СССР.
 
Новые, несколько неожиданные краски (например, самоиронию) добавили к актерской палитре Тихонова роли в фильмах Сергея Александровича Соловьева «Семейное счастье» (новелла «От нечего делать», 1969) и «Егор Булычев и другие» (1971). Вячеслав Васильевич вступил в пору расцвета своего таланта. И вполне закономерно, что в телесериале «Семнадцать мгновений весны» (1973, режиссер Татьяна Михайловна Лиознова) он сыграл самую «звездную» свою роль – Исаева – Штирлица. Актерская удача Тихонова принесла ему невиданную популярность (а в 1976 году – и Государственную премию РСФСР имени братьев Васильевых): это был настоящий триумф. Вячеслав Васильевич создал живой, сложный характер; его Штирлиц приковывал к себе зрительское внимание каждую минуту своего существования на экране. В этой работе Тихонов применил весь арсенал своих выразительных средств: умение «держать» крупные планы, показывая насыщенную внутреннюю жизнь персонажа, точность и лаконизм жестов и мимики, тонкий психологизм и игру на подтекстах, едва заметную смену настроений, глубокое понимание специфики актерской работы в кино. Внутренняя тема актера получила в этой роли законченное воплощение, ибо герой проявлял свою «двойственность», потаенные качества характера не один раз, как в прежних фильмах, а постоянно. Но это еще не самое главное актерское достижение Тихонова. Если кинематографические время и пространство родной страны полковника Исаева напрочь исключали для него возможность сколь-нибудь полнокровного существования, то штандартенфюрер СС Штирлиц являлся экзистенциальным героем, ибо в этой ипостаси полковник Исаев проживал не свою, а чужую, почти что запретную жизнь. Можно сказать, что Тихонов и Лиознова как бы «доиграли» сюжеты таких фильмов конца 1940-х годов, как «Молодая гвардия» и «Подвиг разведчика», придав полную жанровую завершенность теме тайной (подпольной или разведывательной) борьбы с фашистами.
 
К теме Великой Отечественной войны Вячеслав Васильевич обращался в своем творчестве еще несколько раз: в трилогии И.А. Гостева «Фронт без флангов» (1974), «Фронт за линией фронта» (1977), «Фронт в тылу врага» (1981), в фильмах «Они сражались за Родину» (1975, режиссер С.Ф. Бондарчук). В 1977 году актер сыграл главную роль в фильме С.И. Ростоцкого «Белый Бим Черное ухо», несколько видоизменив главное направление своих творческих поисков. Иван Иванович (впервые в карьере Тихонова) оказался настолько цельным, равным себе персонажем, что ему уже не надо было никому ничего доказывать. Эта роль, за которую актер в 1980 году был удостоен Ленинской премии, вероятно, и стала своеобразным камертоном во взаимоотношениях Тихонова с героями, которых он сыграл впоследствии в фильмах «ТАСС уполномочен заявить…» (1984, режиссер В.П. Фокин), «Европейская история» (1984, режиссер И.А. Гостев), «Убить дракона» (1988, режиссер М.А. Захаров), «Бесы» (1992, режиссеры И.В. Таланкин, Д.И. Таланкин), «Утомленные солнцем» (1994, режиссер Н.С. Михалков) и др.
 
Помимо упомянутых, В.В. Тихонов сыграл в кино и на телевидении много других больших и малых ролей в фильмах: «В мирные дни» (1950), «Максимка» (1952), «Сердце бьется вновь» (1956), «Карусель» (1970), «Человек с другой стороны» (1971), «Повесть о человеческом сердце» (1975), «… И другие официальные лица» (1976), «Отпуск за свой счет» (1981), «Однолюбы» (1982), «Апелляция» (1987), «Любовь с привилегиями» (1989), «Призраки зеленой комнаты» (1991), «Кодекс бесчестия» (1993), «Несравненная» (1993), «Провинциальный бенефис» (1993), «Бульварный роман» (1994), «Авантюра» (1995), «Зал ожидания» (телесериал, 1995), «Милый друг давно забытых лет…» (1996), «Сочинение ко Дню Победы» (1998).
 
Вячеслав Васильевич Тихонов – народный артист СССР (1974), Герой Социалистического труда (1982), лауреат Ленинской и Государственных премий СССР и РСФСР. Награжден орденами Ленина, Октябрьской Революции, «Знак Почета», «За заслуги перед Отечеством» III степени. В 1993 году на II Международном кинофестивале славянских и православных народов «Золотой витязь» он был награжден премией за выдающийся вклад в славянский кинематограф.
 
В.В. Тихонову посвящен документальный фильм С.И. Ростоцкого «Профессия – киноактер».
 
Вячеслав Васильевич – страстный футбольный и хоккейный болельщик, долгие годы являлся поклонником «Спартака». Увлекался зимней рыбалкой. Его любимое произведение – роман Л.Н. Толстого «Война и мир», а любимый кинофильм – «Большая жизнь» с Петром Алейниковым..
 
http://vtikhonov.ru
http://www.rusactors.ru/t/tihonov/
 

Фильмы, в которых снимался Вячеслав Васильевич
1948 Молодая гвардия
1950 В мирные дни
1952 Максимка
1954 Об этом забывать нельзя
1956 Сердце бьется вновь
1957 Дело было в Пенькове
1958 ЧП — Чрезвычайное происшествие
1959 Жажда
1959 Майские звезды
1960 Мичман Панин
1961 Две жизни
1963 Оптимистическая трегедия
1963 Оптимистическая трагедия
1969 От нечего делать
1970 Карусель
1970 Человек с другой стороны
1971 Егор Булычов и другие
1973 Семнадцать мгновений весны
1974 Фронт без флангов
1975 Они сражались за родину
1975 Повесть о человеческом сердце
1976...И другие официальные лица
1977 Белый Бим черное ухо
1977 Диалог
1977 Фронт за линией фронта
1978 По улицам комод водили
1981 Отпуск за свой счет
1981 Фронт в тылу врага
1984 Европейская история
1984 ТАСС уполномочен заявить
1985 Битва за Москву
1986 Приближение к будущему
1987 Теоретик
1987 Апелляция
1987 Нетерпение души
1988 Убить Дракона
1989 Любовь с привилегиями
1991 Призраки зеленой комнаты
1992 Бесы
1993 Провинциальный бенефис
1993 Кодекс бесчестия
1993 Несравненная
1994 Бульварный роман
1994 Утомленные солнцем
1995 Авантюра
1996 Милый друг давно забытых лет…
1998 Зал ожидания
1998 Сочинение ко дню победы
2006 Андерсен. Жизнь без любви
2006 Глазами волка

Торвальдс Линус Линус Торвальдс, наверное самый знаменитый программист в мире, а также один из самых знаменитых финнов. Он основатель и координатор религии имя которой Линукс, течения, которое продолжает революцию в компьютерной индустрии уже многие годы. Он действительно является одной из величайших легенд компьютерного мира.

 

Ранние годы.

 
Линус Бенедикт Торвальдс Родился 28 декабря 1969 года в Хельсинки, столице и самом большом городе Финляндии. Его назвали в честь Линуса Паулинга, знаменитого химика и обладателя нобелевской премии.
Семья Торвальдсов принадлежит к Шведо-говорящему меньшинству в Финляндии, которое оценивается в 300 000 человек, при общем населении Финляндии примерно в 5 000 000 человек.
 
Так сложилось, что большая часть членов его семьи были журналистами.

 
Его отец был коммунистом, который даже провел год, обучаясь в Москве в середине 1970-ых, и позже стал радиожурналистом. Мать долгое время работала в издательстве известной финской газеты переводчицей.

 
Кроме того, его дедушка был главным редактором еще одной финской газеты, а дядя работал на телевидении.
 
У Линуса было довольно счастливое детство, несмотря на то, что его родители развелись, когда он был еще совсем маленьким. Он остался жить со своей матерью и бабушкой с дедушкой.

 
Принимая во внимания то, чем занимались почти все члены его семьи, с раннего детства в развитии мальчика делался огромный акцент на чтение.

 
Именно дедушка по материнской линии, Лео Тоернгвист (Leo Toerngvist), профессор статистики в Университете Хельсинки, оказал столь большое влияние на Линуса. В середине 1970-ых его дед купил ему один из первых персональных компьютеров, Коммодор Vic 20.


 

image


 
Линус быстро заскучал с немногочисленным стандартным набором программ, которые прилагались к компьютеру и решил попробовать (и довольно успешно) создавать свои собственные, сначала изучая пресловутый BASIC, а затем и намного более трудный, но также и значительно более развязывающий руки ассемблер.

 
Программирование и математика стали почти единственными страстями Торвальдса.

 

Усилия его отца заинтересовать его спортивными секциями, девочками и прочими социальными интересами обычных детей были напрасны, и позднее Линус Торвальдс ничуть не смущаясь признаётся, что он никогда не питал к этому особой тяги, и не был в этом особо талантлив.
 

Рождение Линукс

 
В 1987 Линус собрал все свои накопления и купил первый собственный компьютер, Sinclair QL.
Это был один из первых 32-битных компьютеров в мире предназначенных для домашнего использования. Он работал на процессоре Motorola 68008 частотой 7.5 МГц и имел 128 КБ RAM, и это было большим шагом вперед после Коммодора Vic 20 подаренным дедушкой.

 

image


image


 
Вскоре Линус вновь разочаровывается в покупке, так как операционная система данной модели прошита в ROM и не подлежит перепрограммированию без специального оборудования.

 
В 1988-ом Торвальдс идет по стопам своих родителей и вступает в стройные ряды студентов Университета Хельсинки, главном образовательном учреждении Финляндии.

 
К тому времени он уже опытный программист, и естественно специализируется в информатике. В 1990-ом он посещает первое занятие по обучению языку программирования C, который он скоро будет использовать для создания ядра Linux.

 

Далее события развиваются довольно стремительно.

 
В начале 1991-го года он покупает другой компьютер, с процессором Intel 386 на 33 МГц и 4 МБ памяти.

 
Этот процессор был значительным прорывом по сравнению с более ранними чипами Интел и Линус был в восторге, однако его вновь постигает разочарование, когда он сталкивается с операционной системой, которая шла со вновь купленным электронным чудом. Угадали? Это был тот самый MS-DOS. К тому времени эта ОС даже не была настолько развитой, чтобы использовать преимущества столь крутого чипа Intel 386, и Линус Торвальдс решает, что будет использовать много более мощную и устойчивую ОС UNIX, к которой он привык еще по университетским компьютерам.

 

Таким образом, Торвальдс попробовал разжиться версией UNIX для своего нового ПК, и к счастью он не может найти даже базовой конфигурации UNIX меньше чем за $5000.

 
Далее Линус смотрит в сторону MINIX – маленького клона UNIX, созданного экспертом по операционным системам Андрю Таненбаумом (Andrew Tanenbaum) в Нидерландах для преподавания UNIX студентам университета.
 
Однако, хоть и намного более мощная, чем MS-DOS и разработанная, для работы с процессорами Intel x86, у MINIX все еще были весьма серьезные недостатки. Они включали тот факт, что не весь исходный код был обнародован для общественности, также Minix обладал все же сильно урезанным по сравнению с Unix функционалом и работоспособностью, и в довершению ко всему он не был полностью бесплатен (хотя его стоимость и была в десятки раз ниже любой ОС на рынке того времени).
 
И Торвальдс решает создать новую операционную систему с нуля, которая основывалась бы и на MINIX и на UNIX. Маловероятно, что он полностью представлял себе тот огромный объем работы, который будет необходим, и еще менее вероятно, что он представлял себе эффект, который его решение будет иметь и на его дальнейшую жизнь и на весь остальной мир.
 
25 августа 1991-го года, он объявляет о создании новой ОС в конференции MINIX (comp.os.minix)
 
Message-ID: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
From: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. (Linus Benedict Torvalds)
To: Newsgroups: comp.os.minix
Subject: Что бы вы хотели увидеть в Minix?
(Небольшой опрос для моей новой операционной системы)
 
Привет всем пользователям Minix —
 
Я разрабатываю операционную систему (бесплатную, просто хобби – не такую большую и
профессиональную как GNU) для процессоров 386 (486). Я начал еще в апреле и сейчас уже есть
первые результаты. Я бы хотел узнать мнение о том, что Вам нравится /не нравится в Minix, т.к. моя
ОС основывается на нем кое в чем (то же строение файловой системы –но это чисто по
практическим соображениям).
 
Я уже портировал bash(1.08), gcc (1.40) и все вроде нормально работает. Отсюда следует что в
течении следующих нескольких месяцев я получу первую рабочую версию и поэтому хотел бы
знать что людям нужно больше всего.
Любые предложения приветствуются, но не обещаю, что воплощу их в жизнь :)
 
Linus Torvalds Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Известные цитаты Линуса (ru.wikiquote.org)

image


  • «Здесь я хочу рассказать о своих золотых правилах. Первое: обращайся с другими так, как ты хочешь, чтобы они обращались с тобой. Следуя этому правилу, в любой ситуации будешь знать, что делать. Второе: гордись тем, что делаешь. Третье: делай все с удовольствием».
  •  
  • «Каждый прочитавший эту колонку подумает, что растущие тяготы моей роли главного хакера превратили меня в сволочь. Но это неверно. Я всегда был сволочью».
  •   
  • «Девочек я приводил домой, только когда они хотели позаниматься. Это было не так уж часто, и я никогда не был инициатором, но отец питает иллюзии, что заниматься они хотели не только математикой. (По его мнению, они купились все на ту же формулу: значительный нос = значительный мужчина).»
  •  
  • «Программы — как секс: лучше, когда это бесплатно».
  •  
  • «Microsoft — не есть зло, просто у них по-настоящему паршивые операционные системы».
  • «Моё имя Линус, и я ваш Бог».
  •  
  • «Видите ли, вы не только должны быть хорошим кодером, чтобы создать систему, подобную Линуксу, вы еще должны быть и хитрожопым сукиным сыном».
  •  
  • Философия Линукса: «Смейся в лицо опасности». Ой. Не то. «Сделай сам». Да, правильно.
  •  
  • «Некоторые говорили мне, что жирный пингвин, по их мнению, не в полной мере олицетворяет изящество Линукса. Но по-моему, на них просто никогда не нёсся разгневанный пингвин со скоростью под 200 км/ч».
  •  
  • «Интеллект — это способность избегать выполнения работы, но так, чтобы она при этом была сделана».
  •  
  • Когда ты говоришь, «Я написал программу, которая роняет Windows», люди просто тупо смотрят на тебя и отвечают: «Да мне такие программы вместе с системой достались, бесплатно».
  •  
  • «Я совсем не сомневаюсь, что виртуализация полезна в некоторых областях. Вот в чем я сильно сомневаюсь, так это что она когда-нибудь будет иметь такое влияние, которого хотят те, кто имеет отношение к виртуализации».
  •  
  • «Итак, большинство из вас, скорее всего, будет невыносимо маяться от скуки в Рождество, и вот вам идеальное развлечение. Протестируйте 2.6.15-rc7. Все магазины будут закрыты, и на самом деле не будет лучшего занятия между поеданием пищи».





Алан Тьюринг

Современным математикам, программистам и компьютерным инженерам имя Алана Тьюринга хорошо знакомо еще со студенческой скамьи: всем им приходилось изучать "машину Тьюринга" — "основу основ" теории алгоритмов. Без "машины Тьюринга" не обходится ни один серьезный учебник по математической логике и теории вычислимости.

 

Почти за каждым выдающимся научным открытием стоит удивительная история. За "машиной Тьюринга" стоит история жизни научного гения — гения, который лишь через много лет после своей трагической смерти получил достойное признание.

 

Роль А.Тьюринга в истории информатики отнюдь не исчерпывается одним лишь изобретением "машины Тьюринга", как это может иногда показаться из-за относительной скудости опубликованных (на русском языке) сведений о нем.

 

Алан Тьюринг может быть причислен к плеяде составляющих гордость человечества величайших математических и философских умов, таких, как Р.Декарт, Г.В. Лейбниц, Б.Рассел, Д.Гильберт, А.Витгенштейн. Удивительно, сколь злую шутку сыграло с Тьюрингом его полное безразличие к борьбе за приоритет в научных открытиях: вплоть до недавнего времени его место в истории развития научных и инженерных идей представлялось очень неполно, если не сказать однобоко (и не в последнюю очередь благодаря некоторым американским историкам науки, тщательно заботившимся об абсолютизации своего национального приоритета в создании компьютеров, да и, пожалуй, в создании всей информатики).

 

Кстати, именно Алан Тьюринг впервые пустил в обращение сам термин "компьютер" в современном понимании. До этого так называли тех, кто занимался вычислениями, например, банковских служащих, работавших на арифмометре.

 

Мемориальная доска, установленная на стене одной из лондонских гостиниц, гласит: "Здесь родился Алан Тьюринг (1912 — 1954), взломщик кодов [Code-breaker] и пионер информатики [computer science] ". Действительно, сейчас (но отнюдь не при жизни!) Тьюринг признан одним из основателей информатики и теории искусственного интеллекта, его считают первым теоретиком современного программирования и, наконец, первым в мире хакером. (Между прочим, его "хакерская деятельность" внесла во время второй мировой войны существенный вклад в победу союзных войск над германским флотом, а один из коллег Тьюринга однажды сказал: "Я не берусь утверждать, что мы выиграли войну благодаря Тьюрингу. Однако без него могли бы ее и проиграть".)

 

Будущие родители Алана Тьюринга — Юлиус Мэтисон Тьюринг и Этель Сара Стоуни познакомились и обвенчались в Индии. Тьюринг служил в английском колониальном ведомстве, а Этель Сара была дочерью главного инженера Мадрасских железных дорог. Это была добропорядочная английская аристократическая семья, принадлежавшая к так называемому "высшему среднему классу" (upper-middle-class) и жившая в соответствии со строгими традициями Империи.

 

Спустя год после родов мать Тьюринга вернулась в Индию, оставив Алана на попечение друга семьи, отставного полковника. Позже мальчика отдали в частный интернат.

 

Маленький Алан обладал очень пытливым умом. Самостоятельно научившись читать в возрасте б лет, он просил у своих воспитателей разрешения читать научно-популярные книги. В 11 лет он ставил вполне грамотные химические опыты, пытаясь извлечь йод из водорослей.

 

Все это доставляло огромное беспокойство его матери, которая боялась, что увлечения сына, идущие вразрез с традиционным воспитанием, помешают ему поступить в Public School (английское закрытое частное учебное заведение для мальчиков, учеба в котором была обязательна для детей аристократов). Но ее опасения оказались напрасны: Алан смог поступить в престижную Шербонскую школу (Sherborne Public School). Впрочем, вскоре ей пришлось опасаться уже того, сможет ли ее талантливый сын окончить эту школу...

 

...О школьных успехах Алана красноречиво свидетельствует классный журнал - юный Алан Тьюринг ничего не делал на уроках, а в свободное время — изучал "внеклассные" науки. Пятнадцатилетним подростком он самостоятельно изучил теорию относительности: его дневниковые заметки сделали бы и в наше время честь студенту-младшекурснику.

 

Обстановка и стиль обучения в классической британской школе, воспитывающей добропорядочных и благонадежных подданных Империи, не располагали к дальнейшему росту подобных интересов, которые к тому же Тьюрингу было совсем не с кем разделить. Преподаваемые предметы оставляли его полностью равнодушным, он успевал еле-еле и в конце концов оказался перед реальной перспективой отказа в выдаче школьного аттестата, что в очередной раз привело его мать в ужас.

 

В 1928 году он получает неожиданный стимул для развития своего интереса к науке: этим стимулом оказывается дружба с новым одноклассником, весьма одаренным учеником по имени Кристофер Морком. В нем Тьюринг нашел долгожданную "родственную душу" и интеллектуального партнера — того, с кем ему, наконец, можно было поделиться своими размышлениями о науке.

 

Юношеская жажда знаний быстро сблизила Тьюринга и Моркома, они стали неразлучными друзьями. Теперь они на уроках французского языка уже вместе зевали или играли в крестики-нолики, одновременно обсуждая астрономию и математику. После окончания школы они оба собирались поступать в Кембриджский университет, и Алан, избавившийся от многолетнего одиночества, возможно, был почти счастлив...

Первая попытка сдать предварительные экзамены в Кембридж, куда они ездили вместе, была для Алана неудачной. Но он не слишком расстраивался, потому что искренне радовался за Кристофера, который успешно прошел испытания и получил стипендию. Алан надеялся поступить со второй попытки, чтобы учиться вместе со своим другом. 13 февраля 1930 г. его Криса вдруг не стало. Внезапная смерть лучшего друга потрясла семнадцатилетнего Тьюринга, повергнув его в глубокую и долгую депрессию. Тем не менее, он, бывший худший ученик в классе, нашел в себе силы поступить в Кембридж. Его поддерживало твердое убеждение в своей обязанности совершить в науке то, что Кристофер уже не мог... Тьюринг очень не скоро оправится от потрясения: уже будучи студентом Кембриджа, на протяжении нескольких лет он пишет матери Моркома проникнутые душевной болью письма. В этих письмах он постоянно возвращается к размышлениям о том, как человеческий Разум — и, в частности, разум Кристофера — размешается внутри материальной оболочки и каким образом он освобождается от нее в момент физической смерти тела.

 

В 1932 году, во время одного из посещений семьи Моркомов, он составляет в их доме документ под названием "Природа Духа" — манифест своей веры в существование человеческого Духа после смерти. Основное положение этой работы состоит в том, что детерминизм традиционной физической картины мира и его очевидное противоречие с идеей свободы воли опровергаются новой наукой — квантовой физикой.

Вопрос об устройстве человеческого разума будет волновать его всю жизнь.

 

В 1939 году британское военное ведомство поставило перед Тьюрингом задачу разгадать секрет "Энигмы" – специального устройства, использовавшегося для шифровки радиограмм в германском военно-морском флоте и в "люфтваффе". Британская разведка раздобыла это устройство, но расшифровывать перехваченные радиограммы немцев не удавалось.

 

Тьюрингу была предоставлена свобода действий. Он пригласил в свой отдел "Британской школы кодов и шифров" нескольких друзей-шахматистов. У него работал, например, Гарри Голомбек, ставший впоследствии известным судьёй ФИДЕ и судивший финальный матч на звание чемпиона мира между Фишером и Спасским.

 

27-летнего Тьюринга и его коллег охватил настоящий спортивный азарт. Немцы считали "Энигму" неприступной. Сложность дешифровки усугублялась тем, что в закодированном слове получалось больше букв, чем в оригинале. Тем не менее, Тьюринг уже через полгода разработал устройство, названное им "Бомбой", которое позволяло читать практически все сообщения "люфтваффе". А спустя ещё год был "взломан" и более сложный вариант "Энигмы", использовавшийся нацистскими подводниками. Это во многом предопределило успех британского флота.

 

Заслуги Алана Тьюринга были по достоинству оценены: после разгрома Германии он получил орден, был включён в научную группу, занимавшуюся созданием британской электронно-вычислительной машины. В 1951 году в Манчестере начал работать один из первых в мире компьютеров. Тьюринг занимался разработкой программного обеспечения для него. Тогда он написал и первую шахматную программу для ЭВМ. Это был только алгоритм, потому что компьютера, способного применить эту программу, ещё не существовало.

 

Шахматы были не единственным хобби этого человека. Он занимался бегом, кроссом по пересеченной местности. В 1947 году на Всеанглийском марафоне занял почётное пятое место. Кроме работы в университете, Тьюринг продолжал сотрудничать и с Департаментом кодов. Только теперь в центре его внимания были уже шифры советской резидентуры в Англии. В 1951 году он был избран членом королевского научного общества.

 

Всё рухнуло буквально в один день. В 1952 году квартиру Тьюринга обокрали. В ходе расследования выяснилось, что это сделал один из друзей его сексуального партнёра. Учёный никогда, в общем-то, не скрывал своей "нетрадиционной сексуальной ориентации", но и вызывающе себя не вёл. Однако скандал с кражей получил широкую огласку, и в результате обвинение в "непристойном поведении" было выдвинуто против самого Тьюринга. 31 марта 1953 года состоялся суд. Приговор предполагал выбор: либо тюремное заключение, либо инъекции женского гормона эстрогена (способ химической кастрации). Он выбрал последнее.

 

Из Департамента кодов его уволили. Лишили допуска к секретным материалам. Правда, коллектив преподавателей Манчестерского университета взял Тьюринга на поруки, но он и в университете почти не появлялся. 8 июня 1954 года Алан Мэтисон Тьюринг был найден мёртвым в своём доме. Он покончил жизнь самоубийством, отравившись цианистым калием.

 

Раствор цианида Тьюринг впрыснул в яблоко. Надкусив его, он скончался. Говорят, именно этот плод, найденный затем на ночном столике Алана, и стал эмблемой знаменитой компьютерной фирмы "Эппл". Впрочем, яблоко – это еще и библейский символ познания и греха...

 

Тест Тьюринга — тест, предложенный Аланом Тьюрингом в 1950 году в статье «Вычислительные машины и разум» (англ. Computing Machinery and Intelligence) для проверки, является ли компьютер разумным в человеческом смысле слова. В этом тесте один или несколько людей должны задавать вопросы двум тайным собеседникам и на основании ответов определять, кто из них машина, а кто человек. Если не удавалось раскрыть машину, которая маскировалась под человека, предполагалось, что машина разумна.